На том берегу озера шло сражение. Одна армия состояла из людей. Несколько тысяч человек в кольчугах и доспехах, на лошадях или пешком, двигались под тремя знаменами с изображениями полумесяца, прыгающего лося, и серебряной короны на черном фоне.
Другая армия превосходила первую по численности, примерно, три к одному. Легион Херувимов сражались без знамен. Солнце садилось, и все больше Херувимов прибывало, появляясь из надвигающейся тени. Земля была усеяна мертвыми Херувимами, но и множество людей пали также.
— Как вы видите, ваши друзья не в силах победить, — произнес Регент.
«Как мы видим, эта база в состоянии полной боевой готовности, — подумал Тодзи, — Жаль здесь нет шахты, ведущей к ядру реактора. Хотя, возможно, мне удастся сбросить этого типа с балкона».
— Тогда, стоит ли вам беспокоиться о них? Они всего лишь мечты, в то время как вы — реальны. Я хочу предложить вам сделку, поскольку живые вы мне более полезны, чем мертвые. Я могу сообщить вам, почему ваш мир подвергается нападениям, и научить вас, как отразить их. Я, также, верну вам вашего друга. Его мечта нужна нам только как козырь в рукаве, в то время как его тело поймано в ловушку. Все, что я хочу — поклянитесь в преданности мне.
— Я никому не продам свою душу, — заявил Тодзи.
Регент вздохнул.
— Нет такого понятия, как душа, если только не считать ей мечты. Но я сильно сомневаюсь, что здесь небеса, хотя многие люди живут здесь после смерти. Вы бесполезны для Трона Кошмаров, но я мог бы использовать вас в Бодрствующем Мире, вместо того, чтобы держать в заключении здесь. Все что мне нужно — обязательная присяга повиновения. Ваша душа не имеет значения, то что происходит с вами наяву — вот что важно.
— Я НИКОГДА не буду служить тебе! — Кассильда выхватила косу.
Регент взмахнул рукой, и Кассильда застыла, охваченная со всех сторон янтарем.
— Вы не можете даже надеяться победить меня в сражении здесь, в пределах города, дарованного Внешними Богами. У вас есть выбор. Вы можете по собственной воле присягнуть мне, и получить то, что я предложил. Или можете наблюдать, как умирают ваши друзья, затем наблюдать, как я пожру мечту Кенсуке, единственную его часть, которая остается им. И затем, я придумаю, что бы такое забавное сделать с вами… Возможно, снова и снова скармливать вас Херувимам, каждый раз, когда вы засыпаете и видите сны, — он пристально посмотрел на них, хотя они не могли видеть его глаза за маской, — Я утомился. Делайте ваш выбор.
— Думаю, даже если бы мы поклялись, вы не дали бы нам того, что мы хотим, — сказал Тодзи, — И вообще, может все это только иллюзия в бутылке.
Аска колебалась. Сама мысль о том, чтобы присягнуть на преданность ему была ей отвратительна, но то, что он предложил… в конце концов, он мог знать… как нанести поражение Ангелам раз и навсегда… Но Тодзи конечно прав. Регент не имел никакой причины сдержать свое обещание, даже если бы они поклялись ему в верности. И тут у нее родилась идея. Она взяла фонарь Ариэля и открыла его.
— Попробуйте повторить это в свете истины.
Регент напрягся, но свет прошел сквозь него. Его маска, исчезнув на миг, показала только звездную пустоту за ней. Голос невнятно говорил в голове Аски: "Внимающая пустота. Внимающая пустота. Звездноокий Лорд. Ньярлахотеп, геральд Внешних Богов", — голос усиливался, кричал на множестве различных языков, и она глушила его, как только могла.
Голос Регента отразился эхом, словно они стояли в большом пустом зале.
— Да будет так. Вы должны умереть.
Два меча покинули ножны. Один был охвачен оранжево-красным пламенем, другой сиял бледным лунным светом. Они взметнулись, рассеяв мрак, царивший на балконе, и опустились в одновременном рубящем ударе. Регент поймал по мечу каждой рукой и поглотил и свет и огонь.
— Огонь умирает и свет исчезает, — он повернул руку и выдернул пылающий меч из руки Аски, отбросив его к ногам замороженной в янтаре Кассильды. Лунный меч просто треснул в его руке и рассыпался в пыль.
Он посмотрел на щит, которым прикрывался Тодзи, отчаянно ища какое-нибудь оружие.
— Ах, да, устрашающий Древний Знак.
Аска прыгнула к нему, нанося удар в пах, но Регент просто скользнул в сторону, и ее нога лишь задела его одежду. Он схватил ее за ногу и небрежно вывернул, отбросив Аску на щит Тодзи. Она ошеломленно упала на пол.
— Вижу, она лучше действует под прикрытием щита. Это легко исправить.
Он придавил ногой лежащую Аску, схватил щит и разорвал его, как полоску бумаги.
— Нет ничего непробиваемого для меня, поскольку я рука единственной непреодолимой силы. Если бы Король в Желтом был свободен, в рассвете своей славы, ваш жалкий знак не смог бы остановить его, и для меня это не преграда. Я истинный Разбивающий Миры, — он отбросил щит.
Не обращая внимания на слабые удары Тодзи, он схватил его за горло, затем, подобрал Аску, которая начала приходить в себя. Подойдя к краю балкона, он поднял их обоих над пропастью. Бутылка с Кенсуке висела у него на поясе, мягко качаясь от ветра.
— Это ваш последний шанс. Клянитесь, или умрете.
— ХРЕН ТЕБЕ! — закричала Аска.
Тодзи рассмеялся.
