Нат взял его в руки, развернул,
— Постойте, так это не шутка? Эта Хелен Фистикли — вы! — Жадно разглядывая
блестящие страницы, посматривал на прекрасную рассказчицу с удовольствием, умилялся: «Еще
немного, и буду с фотомоделью из Стамбульского номера «Плейбоя!» Классная фишка!»
— Лишний раз убеждаюсь, насколько мужчины нетерпеливы! — словно читая его мысли,
подзадоривала прекрасная попутчица. — А чего домострой разводить, правильно? Нет, я не
феминистка, но буду откровенна: Ваша патриархальщина мне явно по вкусу, вы такой крепкий,
игривый. Буду называть вас Натик, можно?— Она придвинулась к нему теснее, прильнула всем
своим горячим и зовущим телом, помогла пролистнуть страницу. — Эту фотосессию снимали в
Чорагане. Уже сколько лет прошло с тех пор, но я ничего, в форме, — улыбалась новоявленному
приятелю. — Тогда в Стамбуле моя жизнь сделала новый поворот. .
ЧАСТЬ ВТОРАЯ
ЛОВЦЫ СЕНСАЦИЙ
Студия «Дениз Мувиз» занимала второй этаж ухоженного, с лепниной на роскошном
фасаде, здания в одном из элитных районов на Азийской стороне Стамбула. На первом
этаже шумело модное кафе в итальянском стиле, место утренней тусовки Стамбульского
бомонда. Ближе к полудню сходились в стильный интерьер «испить кофе» актеры, певцы,
музыканты и заводились сплетнями из закулисья. Ушлые студийные агенты отслеживали
натуру под шумок, выбирали на фото и кинопробы счастливцев, заносили в картотеку,
зазывали менеджеров и продюсеров для переговоров с молодыми исполнителями. Позже
заплывали вальяжно «звезды», популярные шоумены и телеведущие, модные артисты,
баловни судьбы. Еще вчера такие же претенденты на успех, а сегодня раскрученные в вихре
экранного преображения «поп-дивы» манерно устраивались в отдельных кабинках,
прихлебывали крепкий кофе, потягивали душистый дымок из кальяна, и благосклонно
общались с менее удачливыми собратьями по цеху.
Получите ангажемент!
Тусовщики подозрительно разглядывали вошедшую в кафе «несдешнюю» незнакомку.
Вокруг зашептались намакияженные лица, злорадно посмеивались и громко шутили. Ленке
казалось — над ней смеются! Поправила шарфик, чувствуя себя немного не в своей тарелке.
«Конкурентку почуяли, басурмане? — разозлилась, фыркнула. — Куда там! «Тырла» актерская...»
Бойкое сборище свободных творческих индиферентов зароилось в кафе на волне спроса
бурно развивавшегося в евразийской стране шоу-бизнеса, и патронировалось незримо с верхней
студии вдохновителем, успешным и талантливым Тариком Денизом, подбавлявшим массовке
творческого рвения и подъема. Место это считали удачным — здесь витал незримо «Его
Величество Шанс». Можно было с одного концерта, попав на замену или «разогрев», сорвать
пиар-раскрутку и войти в топ-рейтинг. Получался ангажемент, заключались контракты,
записывались диски, возрастали гонорары.
Присела за свободный столик, заказала кофе, рассматривала с интересом из мягкой
полукабинки расфуфыренный турецкий бомонд. Поймав взгляд, незвано подсел небритый
«мачо», затянутый в модную, в заклепках, кожу:
— Хэлло, бэби, узнаешь меня? Я Улюль, фронтмен «Азиатских перцев». Портфолио есть?
Что умеешь — танцуешь, поешь?
— Портфолио? — претендентка смутилась от наглого напора, но быстро взяла себя в руки.
— У меня назначена встреча.
— С кем, интересно? Агента нашла себе? Могу посоветовать, — навязывался «съемщик».
— Агента? — глупо переспросила, стараясь казаться дружелюбной. — Тарик Дениз, знаете
такого?
— Ха, это что, шутка? — Улюль хитро подмигнул своим знакомцам, объявил, хохоча: — Вы
слышали? У нее сам Тарик Дениз в агентах ходит!
Вокруг засмеялись:
— Ха-ха... На что надеешься, детка?
Тусовка затихла, когда явился собственной персоной Тарик Дениз, демократично бросил:
«Всем привет!» — и направился к ее столику.
