Дети города-героя[сборник 1974] полностью

Дети Ленинграда! Они во всем похожи на своих отцов и матерей. Так же беззаветно любят свой город, всегда во всем готовы помогать старшим.

И в те тяжелые годы, когда вокруг родного города сомкнулось кольцо блокады, они были мужественны и стойки — вместе со взрослыми трудились, боролись и… учились! Учились несмотря ни на что.

Откройте эту книгу. Она расскажет вам о юных ленинградцах — о тех, кто в годы Великой Отечественной войны жил в Ленинграде и боролся за него, и о тех, кто был вдали от родного города и воевал за Ленинград.

Авторы сборника в большинстве — сами бывшие ленинградские дети, пережившие блокаду. В создании книги приняли участие писатели и журналисты, которые написали свои личные воспоминания, передали рассказы тех, кто гасил зажигалки, трудился у станка, спасал товарищей, сражался в партизанских отрядах.

О многом рассказывают и скупые строки документов…

Запомните имена этих мужественных, славных ребят.

Будьте им вечно благодарны за все, что они сделали. Склоните головы перед теми, кто не дожил до наших дней.

Пусть эта книга будет им памятником.

…Дети школьного возраста могут гордиться тем, что они отстояли Ленинград вместе со своими отцами, матерями, старшими братьями и сестрами.

Великий труд охраны и спасения города, обслуживания и спасения семьи выпал на долю ленинградских мальчиков и девочек. Они потушили десятки тысяч зажигалок, сброшенных с самолетов, они потушили не один пожар в городе, они дежурили морозными ночами на вышках, они носили воду из проруби на Неве, стояли в очередях за хлебом, ловили шпионов и диверсантов. И они были равными со своими отцами и матерями в том поединке благородства, когда старшие старались незаметно отдать свою долю пищи младшим, а младшие делали то же самое по отношению к старшим. И трудно сказать, кого больше погибло в этом поединке.

И самый великий подвиг школьников Ленинграда в том, что они учились. Да, они учились несмотря ни на что, а вместе и рядом с ними навеки сохранится в истории обороны города прекрасный, мужественный облик ленинградского учителя. Они стоят одни других — учителя и ученики. И те и другие из мерзлых квартир, сквозь стужу и снежные заносы шли иногда километров за пять-шесть, а то и десять, в такие же мерзлые, оледеневшие классы, и одни учили, а другие учились. Они впервые познали друг друга, когда и те и другие умирали друг у друга на глазах на заснеженных улицах города, за партой или у классной доски.

За время войны и блокады о ленинградских мальчиках и девочках, о ленинградских подростках можно было исписать горы самых пухлых и объемистых блокнотов. Но война сказалась и на журналистских записях. На счету была каждая минута не только у наших героев, но и у нас самих. В блокнот заносилось только самое необходимое: фамилия, имя, иногда возраст, два-три факта, и только. О будущем — об истории, которой предстоит рассказать и о ленинградских детях, о их роли и месте в Великой Отечественной войне, в ту пору просто не думалось. А жаль. Очень жаль…

Я листаю блокноты той поры и с грустью обнаруживаю, что некоторые имена и события, записанные наспех, карандашом, в расчете не на годы, а на считанные дни, уже поблекли, выцвели, а то и вовсе стерлись на пожелтевших за прошедшие три десятилетия листках. В ряде случаев навсегда утеряна возможность восстановить сейчас, что именно стоит за короткими, скупыми словами, помеченными годом: сорок первый, сорок второй, сорок третий, но значительная часть записей все-таки сохранилась.

…Вот четыре фамилии в блокноте сорок первого года: Борис Калачев, Михаил Васильев, Том Мызюкин, Мария Колесникова. Рядом пометка: «Награждены Исполкомом Ленсовета за самоотверженную работу по тушению зажигательных бомб». И все.

А в памяти возникает ранний сентябрьский вечер. Тревожные звуки воздушной тревоги. Небольшой деревянный дом на одной из бывших окраин города. Эти четверо на крыше дома — студентка техникума шестнадцатилетняя Мария Колесникова, будущий артиллерист пятнадцатилетний Борис Калачев, его сверстник учащийся ремесленного училища Михаил Васильев и четырнадцатилетний школьник Том Мызюкин.

Для того чтобы во время налета фашистских самолетов находиться на крыше, нужно немало мужества. Но четверка подростков держалась стойко. Когда на их дом сбросили восемь зажигательных бомб, они не растерялись. Ребята знали: если не расправиться с этими бомбами сразу, немедленно, пожара не избежать. И пока Том Мызюкин и Борис Калачев топили в бочке с водой одну за другой четыре зажигалки, Васильев успел три забросать песком, а Мария Колесникова одну, самую последнюю, но уже объятую пламенем, сбросила с крыши на землю.