Рассветные лучи играли разноцветными бликами на последних каплях росы, из-за Гиламских гор уже показался край солнца. Черноволосая девочка лет двенадцати, одетая в потертые штаны и свободную темную рубаху, тихо напевала незамысловатую мелодию. Она вглядывалась в буйное сплетение стеблей и листьев, выискивая одной ей ведомые побеги и время от времени опускаясь на колени прямо в мокрую траву. Корзинка была полна почти доверху, но девочка и не думала поворачивать назад.
Ещё совсем немного — может быть, все же мандрагора найдется? Не зря же она затемно сбежала из-под бдительного ока Фрая? Успеть бы добраться до опушки, пока не сошла роса.
До леса она так и не дошла — заприметила на вершине скалы цветущий белый шиполист. И тут же полезла, торопясь нарвать непросохших лепестков. Держа корзинку в зубах и цепляясь за острые камни, вскарабкалась наверх. Еле отдышавшись — склон оказался гораздо выше и круче, чем казалось снизу — она принялась безжалостно обрывать терпко пахнущие лепестки, морщась и шипя от боли в расцарапанных руках. Шиполист сопротивлялся как мог, разодрав и кожу, и рукава, но разве это могло остановить дорвавшуюся до сокровища девчонку? Последние, самые дальние от мародерки цветки спаслись только тем, что места в корзинке не хватило.
Довольно оглядев добычу, девочка, наконец, обратила внимание на окружающую красоту. Вдали сияли снежные пики, молочные перья облаков плыли меж ними, зеленый бархат испятнал склоны — отсюда не понять, что за деревья там растут. Поближе, у подножия, разлились и смешались кармин, желток и киноварь весенних цветов, а над равниной, совсем близко, неслись по кругу и бурлили сизые тучи, пронизанные разрядами молний — маленький, словно игрушечный, циклон.
Снизу, из-за скалы, раздался странный звук, не то скрип, не то бряцанье.
Шу насторожилась: подозрительный циклон, еще более подозрительный звук… и мурашки по всему телу — может, вовсе не от холодной росы?
Она забралась на гребень скалы, не обращая внимания на впившиеся в тело шипы. Осторожно заглянула на другую сторону и тут же спряталась, унимая бешено колотящееся сердце.
Не может быть! Здесь уже лет десять не появлялись эти твари!
Прихватив корзинку — не дай Светлая, заметят следы! — она скатилась вниз, обдираясь о камни, и побежала во всех ног к форту.
Только бы успеть — предупредить, подготовиться к обороне! Долой все прочие мысли… Не надо думать о том, что постоянный гарнизон всего четыре дюжины человек, и с генералом столько же, а их… кто ж их сосчитает?!
Она бежала, как не бегала никогда раньше. Она боялась, как никогда раньше. И надеялась… непонятно, на что. На милость Светлой Райны? На чудо?
— Ваше Высочество, наконец! Генерал вас ищет… — солдат на воротах осекся, встретив полубезумный взгляд и разглядев расцарапанные руки и порванную одежду. — Что случилось? Ваше Высочество?
— О… Орки! Где генерал? Там… их много… — она пыталась донести объяснить, но, увидев откровенное непонимание, махнула рукой. — Где генерал? Быстрее! Где?!
Ошарашенный солдат кивнул на восточную стену, и Шу понеслась дальше. Не отвечая на вопросы, не обращая внимания на удивленные взгляды, она искала Флома.
— Где генерал? — еле дыша, она дернула за рукав сержанта на стене.
— Да вот он.
Сержант не успел спросить, почему Её Высочество в таком виде — принцесса уже налетела на генерала, мирно обсуждавшего с комендантом форта хозяйственные дела.
— Фрай! Там орки!
— Где ты была, Шуалейда? Почему…
— Орки! Ты слышишь меня? Орки!
— Шуалейда, успокойся. Подумаешь, пара орков забрела… с каких это пор…
— Орда, Фрай! — она сердито прервала генерала. — Только мужчины, в раскраске! У самого ущелья!
Тут генерал обратил внимание на растрепанный и совершенно невменяемый вид девочки.
— Сколько их было, Шу?
— Орда! По лесу, колонной. Они идут сюда, Фрай!
— Ясно. Иди, возьми, что успеешь, из еды, на лошадь и быстро отсюда! До Катабруски восемь лиг. Раньше, чем послезавтра, орки туда не дойдут. Не вздумай задерживаться в городе, уезжай сразу в Суард! Я дам тебе троих в сопровождение и письмо к начальнику гарнизона. Давай, бегом.
Спускаясь со стены, Шу слышала, как генерал отдает распоряжения. Спокойно, уверенно, будто не орда пошла из степей впервые за демоны знают сколько лет, а начались очередные учения. У неё даже не было сил радоваться тому, что генерал поверил. Страх не отпускал, заставляя дрожать и ежиться.
Уже в своей комнатушке, сменив рубашку и кидая книги в седельную сумку, она остановилась и прислушалась к себе: уезжать из форта было страшно — лучше бы остаться. Шу потрясла головой, отгоняя глупое желание. Остаться на верную смерть? Но чувство, которое ещё ни разу не подводило, упрямо твердило — уезжать никак нельзя! Эта смерть ещё вернее.
Страх смерти превращался в странное ощущение: она словно вылетела из тела, выросла, превратилась в туман и ветер. Она видела форт, ущелье — не глазами, но просто знала, где и что делает каждый солдат и каждый орк… Она чувствовала чужой страх, и чужой азарт, и предвкушение боя, и дрожь шаманской волшбы, питающей орду силой…
