Я оглянулся на мужчину с сыном - они весело и беззаботно играли в снегу, не обращая ни на кого внимания. Снежки с азартом летели в разные стороны. Не имея определённого направления, они попадали даже в случайных прохожих, которые сначала злились и ругались, но, получив по шее ещё одним снежком, присоединялись к этому «снегобою» с детским восторгом… Вскоре снежки летали и вовсе беспорядочно, а отец с сыном собрали вокруг себя приличную компанию людей разных возрастов, белые от снега шубы и куртки которых очень контрастировали с раскрасневшимися лицами…
Серёжка вспомнил, как Лёшка сегодня предупреждал его, что придёт к нему ночью. Перед этим он даже не тронул его и пальцем, что Серёжку насторожило… Раздумывая над тем, что может понадобиться Лёшке от него ночью, Серёжка пришёл к выводу, что ничего хорошего не будет. Это можно было прочесть в ухмыляющихся глазах Лёшки… К тому же, он был его главным врагом, поэтому ждать неожиданного примирения было глупо…
Серёжка уже несколько раз убегал из Интерната, но его быстро находили и привозили обратно. А в эту ночь ему посчастливилось обнаружить невдалеке какой-то заброшенный гаражик. Там и «прописался» на какое-то время… Он знал, что наказание за побег будет жестоким, но несколько дней свободы и свежего Снега стоили того… Гараж был довольно тёплый, хоть и неотопляемый. У него было иное тепло - тепло дома. Маленького домика, в котором Серёжка мог бы жить с родителями, братьями и сёстрами, собаками и кошками… Давно он мечтал о таком уютном домике… Он обязательно пригласил бы всех, кто его так не любит, и они увидели бы, что всем можно жить в Любви…
Я задумал это уже давно, но жена не была готова. Всё просила подождать… Я дождался! И вот, сегодня это свершится! Я иду усыновлять ребёнка. А то и не одного!.. Снег, радуясь моей задумке, нежно прикасался ко мне, будто ободряя… Интернат уже недалеко - только пройти 2 дома, маленький, заброшенный гаражик, а там и Интернат виден…
Серёжка не смог пробыть в гараже и суток, хотя мечтал «пожить» там с недельку… Но очень хотелось кушать, а питание одними мечтами не приводит ни к чему, кроме голодного обморока. Он помнил это - в Интернате его порой неделями не кормили, давая только воду, чтобы совсем не околел. Так его наказывали…
Серёжке стало грустно - он запутался: по приходу в Интернат его обязательно накажут. Или побьют, или посадят на «диету». А оставаться в гараже - опять же не есть. Чем дольше отсутствуешь в Интернате, тем сильнее наказание… Так и не придя к окончательному выводу, Серёжка интуитивно решил вернуться…
В Интернате его ждало суровое наказание. Суровее, чем он мог себе представить…
«Сегодня придёт человек - ребёнка выбирать! - прошипела грозная воспитательница, растягивая в руках ремень. - А ты будешь сидеть здесь!!! Кого-то увезут новые родители в большой и красивый дом, а ты будешь вечно гнить здесь!!!» Серёжка поднял мокрые глаза на тётку и дрожащим голосом произнёс: «Хорошо… Спасибо…», за что тут же получил звонкую пощёчину и удар ремнём по спине. Взбешённая воспитательница заорала: «Я сколько раз буду повторять?!! Нужно отвечать «слушаюсь»!!! Болван!!!» Серёжка, опасаясь поднимать глаза, полные слёз, тихо пробормотал, потирая щёку: «Слушаюсь…» Воспитательница не произнесла более ни слова, лишь удалилась из комнаты, запирая её на ключ и оставляя мальчика наедине со своими мыслями, слезами и болью…