Поскольку косули и гуанако не подпускали охотников на выстрел, было решено преследовать другую дичь, и вскоре им удалось подстрелить дюжину куропаток и коростелей; кроме того, Гленарван метким выстрелом уложил поросенка пекари. Роберт добыл редкое животное – броненосца, мясо которого местные жители считают настоящим лакомством. Талькав погнал своего коня галопом прямо на замеченного им нанду – южноамериканского страуса – и метнул болас так ловко, что ремень мгновенно обвился вокруг ног птицы. Еще несколько секунд – и добыча лежала, распростершись на земле.
Со своими трофеями охотники возвратились к месту ночлега.
Со страуса сняли грубую шкуру и нарезали его мясо тонкими ломтиками. По совету Талькава броненосца, предварительно выпотрошив, положили на раскаленные уголья в его же собственном панцире. За ужином все трое ограничились жареными куропатками; кроме того, была подана холодная вода, показавшаяся путешественникам вкуснее лучших вин.
Наступившая ночь оказалась одной из самых темных – был канун новолуния. Величественное молчание воцарилось над необъятной пампой. Лорд Гленарван, Роберт и патагонец, растянувшись на травяном ложе, забылись крепким сном. Утомленные лошади тоже улеглись на землю. Лишь Таука спал стоя, даже во сне готовый ринуться вперед по первому зову хозяина.
На рассвете подул легкий ветерок. В течение часа всадники молча двигались на запад, пока вдалеке не послышались сигнальные выстрелы.
– Это они! – воскликнул лорд Гленарван.
Какой бы радостной ни была встреча, Паганель, Макнабс, Остин, Уилсон и Малреди умирали от жажды. К счастью, встреча двух отрядов произошла недалеко от реки, и путешественники, уже в полном составе, повернули к загону.
Едва была утолена жажда, как у костра всех накормили обильным завтраком. В десять утра лорд Гленарван подал сигнал выступать. Путешественники наполнили бурдюки свежей водой, и отряд тронулся в путь.
Вечером третьего ноября члены экспедиции остановились на привал на границе между пампой и землями провинции Буэнос-Айрес. Половина пути осталась позади. В этих краях Талькав рассчитывал встретить племена, в руках которых, как он надеялся, находились Гарри Грант и оба его товарища по несчастью.
С того дня как путешественники покинули берега Гуамини, температура ежедневно снижалась. Животные и люди, измученные засухой и зноем, теперь могли вздохнуть полной грудью.
Паганель ехал, беседуя с Талькавом. Наконец он обратился к Гленарвану.
– Наш проводник, – сказал он, – очень удивлен одним обстоятельством.
– Каким именно?
– Нигде в окрестностях не видно ни индейцев, ни следов их стоянок. Обычно их отряды пересекают эти равнины во всех направлениях: то они гонят скот, то пробираются к Кордильерам, чтобы продать там шерстяные ковры или бичи из бычьей кожи.
– А какие племена наш проводник рассчитывал встретить в этой части равнины?
– Те, в чьих руках находились пленники-европейцы; ими правят вожди Кальфоукоур, Катриэль и Янчетрус. Я сам не меньше Талькава удивлен тем, что нам нигде не попадаются их следы.
– И что же делать? – спросил Гленарван.
– Патагонец считает, что нам следует продолжать двигаться на восток до форта Индепенденте. Если там мы не получим никаких сведений о капитане Гранте, то выясним, куда девались индейцы. Чтобы добраться туда, понадобится около двух дней.
Лорд Гленарван оказался в затруднении. Не было сомнений в том, что какое-то важное обстоятельство заставило краснокожих раствориться в просторах пампы. Но если Гарри Грант и в самом деле находится в плену у одного из местных племен, необходимо выяснить, куда его увели индейцы: на север или на юг.
Ближе к вечеру на горизонте появилась гряда холмов. Холмы носили имя Сьерра-Тапалькем, и к вечеру путники расположились лагерем у их подножия.
На следующий день они беспрепятственно перевалили через холмы, а в полдень миновали заброшенный форт Тапалькем. Но и здесь, к великому изумлению Талькава, не было никаких следов индейцев. Лишь около полудня вдали показались трое вооруженных всадников. Некоторое время они наблюдали за маленьким отрядом, а затем умчались с быстротой ветра.
Талькав распорядился, чтобы все члены отряда ехали как можно более плотной группой, остерегаясь засады. Но меры предосторожности снова оказались излишними.
На подступах к горной цепи Тандиль показались первые фермы, но Талькав посоветовал продолжать двигаться к форту Индепенденте. Только там и можно было выяснить причину загадочного исчезновения людей из этих мест.
К полудню на равнине стали попадаться деревья, которых путешественники не видели с тех пор, как покинули подножие Кордильер. Чаще всего деревья росли вокруг корралей – просторных загонов, где содержались громадные стада коров, овец и лошадей.
Днем 6 ноября отряд проехал мимо нескольких ферм и стоящих поодаль боен-саладеро. Именно на саладеро животные попадают под нож мясника.
