— На самом деле, у меня защищенная восьмая степень мастерства. Всего их десять, если тебе интересно. Но гильдия, к счастью, своих не выдает и информацией о своих членах не делится.
— Странно, что вы не подлежите обязательной регистрации в министерстве.
— Так мы незаметные. И работаем только на условиях неразглашения. Но в голове директора я бы покопался. Готов поручиться чем угодно, там можно отыскать отгадки к множеству странных событий последнего века.
— Может, еще представится случай, — злорадно ухмыльнулся Грейбек. — И тогда, моя личная просьба, не осторожничай. Вообще не представляю, как ты можешь работать на старика столько лет.
— Ну люблю я то, чем занимаюсь, что бы там ученики не говорили. Помимо этого, я дал слово — раз, а во-вторых, учитывая, что Гарри стал моим подопечным, так я могу быть более-менее в курсе замыслов Дамблдора на его счет.
— И ведь никак не успокоится, старый дуралей, — фыркнул Фенрир. — Но, сдается мне, этот орешек окажется ему не по зубам.
Оборотень ласково погладил сына по голове.
— Ты воспитал Гарри хитрым и очень осмотрительным юношей, — заметил Снейп.
— Я лишь помог развиться тому, что и так было. Суровыми испытаниями, выпавшими на его долю, он выкупил себе целый сонм талантов, которые не отвергает, а учиться пользоваться. Молодой лорд, признанный глава рода, оборотень. Надеюсь, лет через десять еще и вожак стаи.
— Думаешь, он сможет справиться со всем этим?
— Да, только он и сможет. Возможно, ты этого не видишь, но уже сейчас Коул почти сравнялся со мной в силе. В стае давно не появлялось таких сильных альф. Это чудесно, но и опасность есть.
— Ты о всплесках?
— О них тоже. Это гормональное, конечно. Но очень важно научиться контролировать себя именно сейчас, на пике всплесков, чтобы потом внутренняя защита исключала саму возможность таких неосознанных взрывов силы. Поэтому я настаиваю на том, чтобы вы с Коулом повременили со сближением.
— Я думал, дело больше в безопасности и важности первого опыта с волком.
— Это лишь одна сторона медали. Из-за того, что в Гарри слишком много всего намешано, а контроль слабоват в силу возраста, сложно предугадать, что может случиться. Испугавшись, Коул может как разрушить все вокруг, так и направить всю свою мощь внутрь себя. Выжечь своего волка, к примеру, или себя самого, свою личность.
— В том случае, если будет винить себя или зверя?
— Ты верно уловил суть, — кивнул Грейбек. — Надеюсь, понимание удержит тебя от ревности к Коулу. Понимаю, нелегко принять, что он должен быть с другим, пусть даже и одну ночь.
— Сам же говоришь, это необходимо. И я вовсе не деспот. Гарри еще слишком юн. Если бы волк его не подгонял, то можно было бы вообще подождать с физической близостью как минимум пару лет.
— Слова ты говоришь верные, только я ощущаю твое чувство вины. Забудь ты об этом образе растлителя малолетних. Не такая уж и катастрофическая у вас разница в возрасте, со временем вообще сгладится. Не важно все это.
— Что же тогда важно?
— Вы связаны луной.
— Да ты поэт, — не весело усмехнулся Северус.
— Попроси Коула как-нибудь рассказать тебе наши легенды. Скажи, что я разрешил. Уверен, узнаешь много нового.
— Сам рассказать не хочешь?
— Не тот настрой.
Грейбеку удалось заманить зельевара в своеобразную ловушку, используя самую сладкую для него наживку — знания. Северус непременно попросит Коула. А подобные рассказы очень сближают. Фенрир по себе знал.
Грейбек удалился глубокой ночью, а Гарри крепко проспал до трех часов следующего дня. Снейп с утра ушел вести занятия, но в перерывах заглядывал проведать своего подопечного. Также он оповестил Гермиону, как самую здравомыслящую, о том, что Поттеру нездоровится и он будет отсутствовать еще пару дней. Девушка все поняла правильно. Во всяком случае, расспросов не последовало.
Проснувшись, Гарри поспешил в ванную комнату, влекомый естественной необходимостью. На выходе из оной парень и был застукан Северусом.
— Почему ты не в постели? — нахмурился зельевар.
— Эм... надо было.
— Ложись немедленно.
— Да я уже хорошо себя чувствую, — попытался возразить Гарри, все-таки забираясь под одеяло.
— Недостаточно хорошо. Тебе же было сказано: два дня в постели. Истощение слишком сильное, чтобы так быстро оправиться.
— Хорошо, — смирился Поттер. — Только я голоден.
— Я скажу эльфам принести ужин.
— Ух ты! Это сколько же я спал?
— Почти целый день. И не волнуйся, твои друзья предупреждены о твоем отсутствии.
— Спасибо.
Северус кивнул, потом сел на край кровати и, пощупав лоб Гарри, заключил:
— Температура все еще слишком высокая, даже для оборотня.
— Значит, восстановление еще идет, — заключил парень, борясь с искушением немедленно прижаться к зельевару.
— Надеюсь, так и есть. Если интересно, директора ты своей выходкой очень обеспокоил. У него впервые на моей памяти тряслись руки.
— Ему полезно, — рыкнул Гарри. Зверь внутри жаждал добавить, что никто не вправе вставать между ним и партнером, но Поттер успел вовремя прикусить язык, после чего потерся щекой о плечо Снейпа. Запах, ставший родным, успокоил, унял животные порывы.