Кажется, даже на смертном одре зельевар будет видеть эти волчьи с прозеленью глаза, наполненные страстью, адресованной ему одному. А еще абсолютно счастливая улыбка его Гарри, которая стала последней каплей, толкнувшей за грань, заставила мир расколоться на мириады сияющих звезд.
После такого шквала приходить в себя оказалось тяжело, словно они и впрямь оказались в эпицентре шторма. У Снейпа промелькнула шальная мысль, что от подобных «упражнений» можно и инфаркт получить, вот только даже эта угроза не заставит его отказаться от партнера. Как-то незаметно, но прочно угнездилась мысль, что ради Гарри он пойдет на все. Благополучие парня теперь для Северуса на первом месте. Хотя, уже давно так и есть...
Поттер, едва выровняв дыхание, нехотя сполз с партнера, при этом не выпуская его из кольца рук. Просто испугался, что Снейпу будет тяжело. Да и все произошедшее заставило Гарри обеспокоенно поинтересоваться:
— Ты как?
— Как я, да и ты, кажется, весь дом слышал, — усмехнулся зельевар, запустив пальцы в растрепавшуюся шевелюру парня, от чего тот прикрыл глаза и заурчал, но все-таки спросил:
— Я тебе не навредил?
— Чем, интересно? — кажется, Северус откровенно забавлялся.
— Тем самым, — фыркнул Гарри. — Я серьезно.
— Все хорошо, не волнуйся.
— Точно? Вдруг я силы не рассчитал, я же все-таки оборотень.
— Поверь мне, если бы что-то было не так, ты бы узнал первым. Но на второй раунд пока не рассчитывай.
— Хорошо, тогда будем спать, — покладисто согласился Поттер, быстро накладывая на обоих очищающее заклинание. На самом деле он тоже ощущал себя полностью вытраханным и удовлетворенным, и единственным оставшимся желанием было прижаться к любимому, обнять и уснуть. Что он и сделал. Снейп не возражал, тем более, его пальцы, кажется, окончательно запутались в вихрах юноши.
Свое первое утро шестнадцатилетний Гарри встретил так, как очень давно мечтал — в одной постели с любимым человеком, более того, своей парой. Умиротворенный и выспавшийся, как никогда.
Звериное чутье быстро подсказало, что его разбудило — Северус проснулся и внимательно разглядывал своего партнера. От исходящей от зельевара нежности хотелось урчать, и Гарри не видел повода скрывать свои чувства, а после потянулся за поцелуем.
— Так не хочется вставать, — признался парень, потягиваясь всем телом.
— Еще рано. Можешь подремать.
— У меня есть идея получше, — проговорил Гарри, вовлекая Северуса в очередной поцелуй.
Удовлетворенный прошедшей ночью, волк оказался на редкость сговорчивым и не имел ничего против уступить доминирующую позицию партнеру. Что до самого Поттера, то он пока не определился, как ему больше нравится, поэтому предпочитал получать двойное удовольствие.
Лишь через пару часов Гарри и Северус решили, что неплохо бы, наверное, и позавтракать. Поттер был бы не против сделать это прямо в постели, но Снейп настоял, чтобы они встали и привели себя в порядок, подозревая, что иначе они так до вечера проваляются.
Зельевар был готов к тому, что столь бурно проведенная ночь и утро дадут о себе знать, напомнив и о былой травме спины, и о потянутых с непривычки мышцах, и о прочем... Но нет. Наоборот, Северус ощущал каким-то обновленным. Видимо, объединенная магия партнерства защищала их. Любопытный эффект. К тому же, преследовавший его взгляд абсолютно счастливых зеленых глаз действовал всеисцеляющим бальзамом.
Оставшийся до начала учебы месяц пролетел для Гарри как один день. Занятия, дела рода, встречи с друзьями, отказ от очередного настойчивого приглашения Молли погостить в Норе, подготовка к учебному году. А там уже Поттер едет в поезде в Хогвартс рядом со своими друзьями.
Только один момент портил радость встречи — с Северусом перед отъездом так и не получилось встретиться. Он отбыл в школу на неделю раньше обычного по распоряжению директора. Похоже, опять ожидались какие-то перемены. Впрочем, зельевар несколько раз присылал весточку, что с ним все в порядке.
За время каникул в «Пророке» вышло еще две статьи в честь Дамблдора, где рассказывалось уже о его дружбе с Гриндевальдом. Из статьи выходило, что Геллерт вовсе не был исчадием ада, мечтающим подчинить всех магглов волшебникам. Вовсе не о рабстве были его помыслы, а об организации грамотной интеграции магглорожденных магов в волшебный мир, научить их не просто принимать правила игры, но понимать традиции магов, иначе не исключено полное вырождение.
Также Скитер намекала, что размолвка между двумя величайшими магами носила глубоко личный характер, и дело даже не в неосторожном убийстве Арианы. Это потом Дамблдор распространял информацию о том, что признал ошибочность идей Гриндевальда и что он якобы недостоин обладать большой властью, а на самом деле разрыв произошел из-за обманутых чувств любовника. Из ревности и обиды Альбус решил избрать противоположный путь.