Дети луны: лунария полностью

Девушка выставила вперед руки, пока на фоне хохотала Лидия и начала бормотать какие-то заговоры. Я инстинктивно напряглась, готовясь к чему-то ужасному, но ничего не происходило. Минуту, две, три… И как бы старательно и сосредоточено не колдовала Давина, но результатов от этого не было.

— Черт… Не понимаю, должно получиться…

— Ты закончила? — спросила, скептически выгнув бровь. — Думаю, что мне пора домой.

— Стой, — рявкнула Давина и повторила заклинание, произнося его еще усерднее и эмоциональнее.

Но опять ничего не произошло. Единственное, что изменилось — так это то, что браслет с лунариями, который носила не снимая, слегка нагрелся. Хотя возможно мне только показалось.

— Все, все. Вы мне надоели, — сердито закинула рюкзак на плечи и пошла вперед, но выйти из класса мне не дали.

Лидия вместо того, чтобы отойти в сторону от двери начала безумно ругаться и набросилась на меня, больно схватив за волосы. Девушка, будто на демона превратилась: она визжала и колотила меня. Казалось, что хочет голову проломить, или что-то хуже сделать. А я… В такие моменты тело работало быстрее, чем мозг. Ярость заполнила каждую пору, расширяя ее и меняя. Сердце билось быстро и качало кровь, распространяя адреналин, который раздирал. Кожа трещала, кости ломались. Ненависть захватила с разрушительной силой. Следующее желание, которое испытала — это было желание свежего мяса, сопротивляться которому не было сил, несмотря на то, что это будет иметь ужасные последствия…

Когда голод берет верх над человеческим Я, часто память не записывает воспоминания. Она будто остается в стороне от всего процесса, чтобы потом не травмировать владельца совершенным. Пожалуй, на этот раз случилось нечто похожее. Я еще раз потеряла счет времени, забыв кто такая Лилит Портер. Была только волчица, которая куда-то бежала. То кого-то догоняла, то от кого-то убегала. У волчицы не было совести или стыда, она не чувствовала тревоги и глубинной грусти. Ее жизнь сокращалась до нескольких базовых ощущений, которые руководили всем поведением: есть, пить, испражняться, отдыхать, двигаться. На этом все. Другой жизни не существовало.

Но в этот процесс вмешались. Женщина, от которой веяло полынью и медом, звала к себе. Не знаю, что на меня нашло, но я послушалась и пришла. А потом уснула…

Проснулась, увидев знакомые стены и потолок. Этот дом я бы не спутала ни с каким другим. Этот особый аромат свежей выпечки. Это трещание дров в камине, эти широкие диваны и кухня соединенная с гостиной. Не думала, что когда-нибудь снова попаду сюда.

— Проснулась? — к медвежьей шкуре, на которой я лежала, подошла Шайла Октан.

Женщина не изменилась абсолютно, словно лицо замерло во времени и перестало стареть.

— Да, — кивнула, чувствуя неприятное гудение в висках. — А что собственно случилось?

Как ни напрягала память, но не могла вспомнить, как попала в дом Октанов. Вспоминала, как шла в школу, как сидела на уроке, как… Неожиданно сознание подбросило отрывки небольшой перепалки с Лидией. Господи… Я же превратилась. Ужасная догадка стрелой пробила сердце. Я могла… О, нет… Я же…

Видимо, мой ужас и вопрос настолько красноречиво были написаны на лице, что Шайла только грустно вздохнула и кивнула.

— К сожалению, дорогая. Но она тебя спровоцировала, поэтому не обвиняй себя сверх меры. Волки — создания опасные и провоцировать их это всегда плохая идея…

— Она… Она мертва?

— Нет, но девушка очень пострадала. Ноги пришлось ампутировать. Школьница в реанимации.

Неожиданно в голове возникло несколько жутких и страшных воспоминаний. Как зубами вгрызалась в ноги, как на парты брызгала кровь, будто из фонтана, как в ушах раздавался пронзительный визг и проклятия… Как потом я выпрыгнула через окно, проламывая его своим телом и помчалась в лес… Ох, какая трагедия. Я хоть Лидию не убила, но изуродовала так, чтобы лучше бы бедная умерла, а не мучилась всю жизнь в инвалидной коляске.

— Пока не начала себя корить, хочу подчеркнуть, что ты вовремя спохватилась и таки сдержала себя. А это большая редкость, поскольку дикая волчица полностью захватила твое сознание на тот момент.