- Правда, - отвечает директор. - Но есть же выход: мы можем написать проект автономного учреждения. Вот только подзаконных актов по поводу таких учреждений пока нет, но ведь будут же.
- Пишем мы проекты, пишем, - говорит Галина Кривошеева. - Пишем, отправляем в Калининград, Калининград отвечает: учитесь зарабатывать, учитесь конкурировать. А с кем конкурировать? Мы одни в лесу.
Конкурировать пока приходится с невидимым врагом, который дает о себе знать часто с совершенно неожиданной стороны. Уже после реорганизации школы из министерства пришла бумага об изменении санитарных норм: теперь стены в классах должны быть только крашеными, обои запрещены.
- Мы повздыхали, собрали по десять-двадцать рублей, купили краску, - рассказывает Ирина Тамбулатова. - Будем красить, только, боюсь, когда покрасим, они что-нибудь опять придумают. Обложили со всех сторон.
Кто- то из выпускников подарил школе унитаз, сейчас родители строят в школьном здании туалет -люди из министерства уже выражали недовольство удобствами на улице. Говорят, это тоже противоречит санитарным нормам. Наверное, и в самом деле противоречит.
- Пусть еще скажут спасибо, что мы сейчас в демографической яме! - возмущается Галина Кривошеева. - А если рождаемость вдруг действительно повысится, как они того вроде бы хотят, - что тогда? Три школы на район? Может мне кто-нибудь объяснить, почему в 1946 году, когда вообще ни у кого ничего не было, первым делом здесь основали школу, а сейчас, когда все замечательно, школу убивают? Так надо? Кому?
Прошлой осенью учителя и родители собирались праздновать шестидесятилетие школы в Краснолесье. Потом праздник решили перенести на год, но удастся ли отпраздновать юбилей этой осенью, никто не знает. До истечения соглашения с вечерней школой остаются считанные дни, никаких новых вариантов сохранения школы ни у кого нет.
- Будем опять работать бесплатно, - обещает учительница. - Главное, чтобы из здания не выгнали.
Мальчик лет восьми неуверенно топтался на деревянной горке, боялся, смотрел вниз, думал, - но все-таки сел и съехал. «Сам!» - закричали женщины. Бросились поздравлять Ирину, и тут же: «У него приступ!» - «Да ничего, - ответила она, обнимая сына, - уже прошло».
Эпилептические приступы на этой детской площадке - привычное дело. А скатиться с горки или сесть на качели - совсем не игра: это учеба и работа. Каждую субботу они собираются здесь - дети с «множественными отклонениями в развитии». Дети, которых приговорили быть «необучаемыми», и их мамы, которые не захотели с этим смириться.
«Самые хрупкие цветы человечества», - называл таких детей Сухомлинский.
Эти мамы познакомились на занятиях в Центре лечебной педагогики, а потом создали свою организацию, назвав ее «Дорога в мир». Диагнозы детей - тяжелые формы аутизма, эпилепсия, отставание в умственном развитии, детский церебральный паралич, генетические заболевания (например, синдром Ретта), органические поражения ЦНС. Это очень разные дети. Кто-то умеет произносить несколько слов, другие пожизненно безмолвны, кто-то не в силах усидеть и пяти минут, другие почти неподвижны. У каждого из них драматическая биография, которой хватит на десяток взрослых жизней: клиники и больницы, операции и курсы лечения, консилиумы, улучшения и ухудшения, вспышки надежд и ужас отчаяния, реабилитация по всем мыслимым и немыслимым методикам.
Группа обучения (точнее, будущая школа) занимает три комнаты, которые «Дороге в мир» отдали в здании московского интерната № 68. Помещение родители выбивали три года. Заниматься пока нельзя: нужен ремонт (все обещают и обещают), но согреться и выпить чаю можно.
Ни пандуса, ни рельсов на узкой лестнице - десятилетнюю Полину мама втаскивает по ступенькам на руках.
Ирина Долотова - руководитель проектов «Субботние прогулки» и «Летний лагерь» (каждое лето дети с семьями и преподавателями на две недели отправляются в лес: жить в палатках, купаться в реке, общаться, учиться), объясняет:
- Раньше проблемы таких детей не было. Сто или пятьдесят лет назад они просто не выживали. А в интернате все наши ученики давно отправились бы к праотцам.
Пока помещение в Новых Черемушках не отремонтировано, занятия проходят у парка Горького, в квартире на первом этаже сталинки.
