- Марика, мне в какой-то момент показалось, что я люблю её тоже... А потом, как волна, схлынуло.
Я улыбнулась:
- Это обычная манера неолетанок: минутный Ар. Легкая кратковременная магия очарования во время секса.
- Мне в этот момент так спокойно было... Как будто я целостным стал вдруг... Никакого отношения к траху. Просто обняла... А потом обратно вдребезги...
А обняла его:
- Тебе нужно найти ту, которая тебя полюбит. Боги уже кого-то определили тебе на эту роль. Нужно её просто найти! Только она сможет подарить тебе это состояние навсегда.
Слушал ли он меня? Слышал ли? Мальчишка просто плутал где-то в чаще своих переживаний.
- А с другой неолетанкой во время секса так же будет?
- Не со всякой. Пусть и простая, но это техника Ар. А значит, эта неолетанка должна хоть немного владеть этим искусством.
- С любой из мастеров Ар?
- Да, скорее всего, да! Зависит от её желаний.
Роджер только один раз, в самый первый день отлучки брата, как-то подловил меня на пресс конференции работорговцев, где я втихаря наблюдала за Архо, и припёр к стенке, требуя объяснений.
- Я отучаю его от себя. Он просто будет часто менять любовниц-неолетанок. Надеюсь...
Больше вопросов по этому поводу не возникало. А ещё через три дня мне пришлось вернуться на Селену. Здесь было много дел: просто нескончаемые толпы неолетанок на мои далеко не резиновые планеты, обнаглевшие даккарцы, мечтающие протащить через мои порталы вместо торгового каравана армию, бессовестные газетчики, опять перемывавшие мои кости без повода.
Неделю я моталась в делах. С Архо разговаривала только по телефону. Он скучал, но держался вполне браво. Роджер о его состоянии отзывался коротко: "Терпимо", а больше мы ни о чём и не говорили.
Роджер:
Признаться, я был удивлён. Архо оказался единственным, кому удалось получить информацию от задержанных. И по этой информации неолетанки шпионили на предмет графиков вылетов отрядов пилотов-стажёров. Работорговцы входили во вкус, и случайно пойманные даккарские мальчишки уже не могли покрыть спрос. Теперь они хотели вывезти нашу молодёжь оптом.
Я доложил об этом Тибирану. Старик хмыкнул, поморщился, потом крикнул к себе секретаря:
- Пиши. Генерал-командору, рекомендую распределить юношей до 20 лет по всем отрядам равномерно, наравне со взрослыми мужчинами. Припиши: так ты сохранишь их от лап работорговцев.
Секретарь убежал отправлять сообщение. Тибиран, кряхтя, закутался в кресле:
- Значит, от Архартера есть толк? Хорошо. Надеюсь, ты не забыл кого-нибудь подсунуть Морене вместо него? Смотри у меня, вопросы с неолетанками на тебе. А значит, за то, чтобы Морена была к нам лояльна, отвечаешь тоже ты. Бери парней из школы Отардана, вызывай, кого надо, из штабных отрядов, хоть сам её в постель тащи, но удовлетвори потребности нашего лучшего, не побоюсь этого слова, союзника.
Возражения я проглотил.
- Да, генерал-капитан.
- Всё, ступай.
Интересно, если бы Марика просто намекнула Тибирану, что хочет меня в свою постель и чтобы я ползал перед ней на коленках, как собака, через сколько я бы получил подробный приказ исполнять эти её пожелания? Думаю, минут 5 максимум! Гадство! Липкая ложь повсюду! Прямой приказ снимать парней откуда угодно и пихать их Марике в постель... Или самому ...
В кабинет к себе я вернулся в настроении: "Мир дерьмо!". Архо некоторое время молча поглядывал на меня, перебирая бумаги в папках:
- Что, начальство нами недовольно?
- Довольно! И торжественно приказывает и дальше хлебать это дерьмо ложками! Юбля! Мне всё чаше начинает казаться, что чем выше чин, тем призрачней понятие чести...
- Ты молод очень, Роджер. Твои суждения - это юношеский максимализм. Нельзя быть абсолютно честным, разговаривая с врагом. Нельзя быть бесхитростным, когда вокруг все хитрят. Мы попали в мир, полный лжи. Хочешь-не хочешь, нам приходится создавать свои структуры, способные эту ложь отражать. Ты служишь в одной из этих структур.
Я поднял на Архо глаза. Я как-то и забыл последнее время со всеми этими его проблемами, что старший из нас он. А я всегда был пацаном, которого он учил жить.
Марика больше к нам не заезжала. Звонила по телефону и всё время сильно жаловалась на кучу дел. Правда, через неделю мы и сами закончили переговоры и отчалили обратно из Костров в штаб.
В штабе я представил Архо остальным парням из моего департамента. Последнее время он уже вполне походил на нормального: неплохо сдерживал эмоции на людях, а если что и выкидывал странное, то искусно сводил всё в шутку.
- Ну что ж, - Архо с язвительностью улыбнулся, - Предупреждаю сразу, я немного странный парень. Меня не всегда можно понять, ещё реже предсказать. Неизменно только одно, я почти всегда добиваюсь поставленной цели, чего бы мне это ни стоило.
Вот и замечательно. Я всё чаше вижу перед собой своего старшего брата. Сильного и упрямого. Слава богам!
