— Оставьте меня в покое, — завизжала я, — убирайтесь! Я уничтожу вас всех!
— Не гневайся, повелительница и прости нас! Мудрейший Хоуп велел проводить тебя к избушке. Позволь помочь!
Я попыталась отстраниться от ходячих трупов, но они меня не послушали и предводитель зомби поднял меня на руки. Вот такая процессия прошагала по ночному кладбищу. Они оставили меня у порога избушки и почтительно поклонившись, удалились. Я лежала на снегу и смотрела на звезды. Теперь уже ощущение смерти меня не покидало. Она была повсюду, в том числе и во мне. Дети ночи — это те, кто несет смерть людям. Они как проповедники привносят свою веру в жизнь. А я одна из них…но все-таки кто я?
Рядом раздался хлопок, и Пол Айзек присел рядом на корточки.
— Вижу ты жива, значит испытание прошло успешно, — я никак не отреагировала на эту реплику и продолжала смотреть на звезды, думая о своем.
— С тобой все в порядке?
Наконец я обратила внимание на слова учителя.
— Не знаю.
— Алекс, пройдем в дом. Думаю пора дать тебе ответ на главный вопрос.
— Какой же именно?
— Кто ты!
Мы зашли в избушку, и я села на кровать. Пол Айзек присел рядом и приготовился рассказывать. Я не торопила его, так как не знала, хочу ли все узнать о себе. Первый раз правда была так близка и так нежелательна. Пожалуй, я боюсь…Точно, это страх. А вдруг я разочаруюсь, вдруг мне вообще лучше было не рождаться? Нет, паниковать раньше времени не стоит. Ну почему же он молчит?
— Алекс, — наконец заговорил учитель, — я хочу тебе рассказать небольшую предысторию о людях, подобных тебе. Ты должна понять, что есть еще время все исправить, почти… Я не знаю, как далеко Она зашла.
— О чем Вы? — не понимая, спросила я.
— О Смерти.
Я сглотнула, почему-то мне не очень понравилось это слово. Внутри начал образовываться тугой узел. Страх сдавил горло, и я решила вопросов больше не задавать.
— Продолжайте, мистер Айзек. Я не буду перебивать, только, пожалуйста, не молчите. Теперь, когда я почти готова узнать правду, неизвестность угнетает.
— Я тебя прекрасно понимаю, Алекс. Ты ведь еще не знаешь, во что угодила с самого рождения. Итак, слушай. Когда в далекие времена спокойно жили маги, оборотни, тролли, русалки, вампиры и эльфы, появились они — люди, чувствующие и повелевающие смертью. Сначала их приняли за Богов и поклонялись им, но на самом деле те пришли лишь в поисках пищи. Они начали сеять раздор между магами, зельеварами и оборотнями с вампирами. Им это блестяще удалось. Начались кровавые войны, но потом маги победили, и чужакам пришлось уйти. Долгое время никто о них не слышал, пока не появился он — Всадник.
Пол Айзек остановился, будто переводя дыхание. Это можно было сравнить с театральной паузой перед самым интересным действием. Я сейчас действительно как в театре: все слишком нереально. Я столько лет пытала бабушку, а тут выяснилось, что мой учитель по защите знает всю правду обо мне.
— Всадник был некромантом. Он умел поднимают мертвых, используя тёмную сторону всемогущей природы. Его боялись и уважали. Но он преступил главный закон — некромант не должен быть владыкой. Потомки Всадника были прокляты, а Смерть отвернулась от него.
— То есть, если бы этот Всадник не стал править Чекстелем и защищать оборотней и вампиров, то он был бы сейчас жив?
— Ну можно и так сказать, — усмехнулся учитель. Он не стал сердиться, что я перебила его. — Хотя рано или поздно каждый некромант хочет умереть.
— Почему?
— Видишь ли, они не содержат силу в себе, а постоянно ее черпают. Смерть — главный неиссякаемый источник, но не все из них способны ее усваивать. Поэтому более «низшие» питаются страхом, ужасом людей, их ночными кошмарами, переживаниями, страданиями, ненавистью. Такой способ поддержания жизни разрушает внешность. Чем дольше живет некромант, тем менее живым он выглядит. Некроманты перестают напоминать людей. Их тела иссыхаются и скрючиваются. Кое-где начинают зиять страшные дыры — там, где плоть истлела и рассыпалась в прах. Серая выцветшая кожа сморщивается и рвется при каждом движении. Но ужасней всего становятся их лица. Губы исчезают, и черепа, лишенные покрова, в отвратительной улыбке скалят длинные черные зубы. Кровь тонкой струйкой бежит из грязно-желтых глаз, капает с гнилых клыков на покрывающуюся все новыми трещинами кожу.
От этого описания я сглотнула. Ужас и отвращения поднимались во мне с новой силой. Мне захотелось убежать, заткнуть уши и закрыть глаза, лишь бы не слышать слов учителя. Пол Айзек внимательно следил за сменой моего настроения и выражения лица.
— Лекс, не пугайся. У тебя ее есть выбор.
Что? Он, он считает…
— Мистер Айзек, что вы хотите этим сказать? — мой голос сорвался до визга, и я закрыла лицо руками.
— То, что ты — некромантка и твоим предком был сам Всадник.
Эти слова вонзились мое сердце, словно тысячи иголок.
— Нет, этого не может быть! — я вскочила на ноги и заходила по комнате. Учитель встал и остановил меня.
