— Ты об этом пожалеешь, — хитро проговорила я, — мне придется использовать против себя свою силу.
— Да? — якобы удивленно воскликнул Христиан. — Тогда почему ты сейчас этого не делаешь?!
Я не успела ничего ответить, так как его губы страстно впились в мои. По телу пробежала легкая дрожь и голова начала резко кружиться. Я ответила на поцелуй оборотня, но потом поняла, что нельзя поддаваться зову тела.
Одного маленького разряда хватило, чтобы Христиан отпрыгнул от меня как ошпаренный. Я вытерла губы тыльной стороной руки и усмехнулась. Парень был в бешенстве, его трясло мелкой дрожью.
— Я же тебя предупредила.
— Я тебя ненавижу, — прорычал он.
Христиан резко заходил по комнате, в то время как я сидела на кровати. Затем он стремительно подбежал ко мне и встал на колени.
— Скажи почему? Я же чувствую, что нас тянет друг к другу. Скажи Лекс, почему мы не можем быть вместе?
Я посмотрела в его глаза цвета шанхайского неба и заплакала. Мне было непонятно что со мной. Кажется, я все в этой жизни делала неправильно. Христиан поднялся с колен и нежно обнял меня.
— Скажи что случилось? — попросил он.
— Христиан…все так глупо. Все это время…не важно. Мой молодой человек оказался жив, и я люблю его, не могу предать или бросить. Мы связаны самой судьбой.
— Ясно, — только и произнес он.
— Битва будет завтра вечером, — прошептала я, — береги себя.
Он отстранился от меня и серьезно посмотрел в глаза.
— Я обещаю, но помни, что ты можешь погибнуть сама. Я этого не вынесу, но предать дядю тоже не могу.
Я кивнула и спросила:
— Где сейчас апартаменты моей мамы?
— Направо последняя дверь.
— Юрий дома?
— Нет, он в Гротерском дворце, обсуждает план войны, — при последних словах Христиан усмехнулся.
— Спасибо тебе за все, — проговорила я, собираясь уйти из комнаты. — До встречи.
— Лекс, — окрикнул меня Христиан.
Я обернулась и недоуменно уставилась на него.
— Что еще?
— Если бы твой парень был мертв, ты стала бы моей девушкой?
Его глаза смотрели на меня серьезно и без издевки. Я впервые видела его таким. Ни за чтобы не подумала, что наша ненависть перерастет в подобие любви. Тут моя душа прошептала, что на самом деле мы с ним чем-то похожи: такие же упрямые, страстные, любящие своих друзей и наделавшие кучу ошибок из-за своих масок.
— Да братишка, я бы стала встречаться с тобой, — улыбнувшись, ответила я и вышла.
В коридоре я услышала, как Христиан смеется. Что ж мне предстоит тяжелый выбор, если он попадет ко мне в плен. Пока я шла до маминой комнаты, все было тихо. Прошептав заклинание невидимости, моя рука осторожно повернула ручку. Войдя в комнату, я замерла. На кровати спала мама, а в колыбельке лежал мой сводный брат Уильям. Ему было где-то полтора года навскидку. Светленькая головка, высокий лоб и маленькие ручонки привели меня в состояние умиления. Я осторожно наклонилась к нему и прошептала на языке мертвых:
— Ную сфат Деад. (Да хранит тебя Смерть)
Кажется, малыш услышал мои слова и открыл глазки. Да только этим он пошел в отца. Шанхайское небо — часть наследия Моссада. По запаху я поняла, что он уже был оборотнем, что ж веселая у нас получается семейка. Малыш еще немного похлопал глазами и вскоре засопел. Я отошла от кроватки и приблизилась к ложу матери. Роза спала беспокойно. С последней нашей встречей ее волосы отросли до плеч, а в облике прослеживалась грация хищника.
— Мама, — тихонько позвала я ее, сбросив с себя полог невидимости.
Роза открыла сонные глаза и сначала улыбнулась, но увидев, кто перед ней стоит, оскалилась и приготовилась защищаться. Я примирительно подняла руки, но мама продолжала рычать. Ее взгляд метнулся к кроватке Уильяма.
— С ним все в порядке, — проговорила я. — Я здесь не за этим.
— Тогда зачем ты пришла убийца?
— Убийца?! Так вот мамочка кем ты теперь меня считаешь.
— Да, — твердо произнесла она. — Юрий рассказал мне кто ты такая — зло, исчадие ада.
— Вот как! — рассмеялась я, — Но ты же сама дала мне жизнь, связавшись с некромантом. Я ничего не перепутала или может у меня была другая мать?
Она промолчала. Я видела, что в ее глазах стояла злоба.
— Это было моей ошибкой, а ошибки надо исправлять! — вдруг Роза вытащила из-под подушки кинжал и метнула в меня. Я еле успела увернуться и связала ее своей энергией.
— Не надо делать так, мама, — холодно проговорила я.
— Я тебя ненавижу! Я создала порождение ада! За что мне все это?! — вдруг злоба в ее глазах сменилась горечью, и она разрыдалась.
— Я видела папу, — тихо произнесла я.
Слезы тут же прекратились, и Роза с любопытством уставилась на меня.
— Да? Ну и как побеседовали с папочкой? Наверно обсуждали меня, какая я плохая…
— Нет, — я прервала поток ее слов. — Он все еще любит тебя. Просто Луис проклят.
— Да будь ты и он прокляты! Оба! Убирайся отсюда, пока я не подняла тревогу, порождение дьявола. Правильно говорила Изида, когда считала тебя позором нашей семьи! Я должна была убить тебя еще в утробе! — бросила она мне в лицо.
