— О нашем доме. Не можем же мы всегда жить у Лены. А, главное, я хочу понять, восстанавливать дом на Вороньем холме, или нет.
— Во-первых, ты живешь не у мамы, а у меня. Значит и у себя. Мы же муж и жена, и у нас все общее. А восстанавливать твое пожарище я бы не стала. Как вспомню, что ты там погреб под своими подвалами кучу бандитских трупов, даже думать об этом противно.
— Нет, Ирка, Лена еще молодая женщина и мы ее связываем. Представь, если бы у тебя в доме обитала супружеская пара родственников и еще пять здоровых мужиков, как бы ты устраивала свою личную жизнь?
— Я бы нашла богатенького мужа и ушла к нему. — Ответила Ира и чтобы не слышать возражений, поцеловала Олега в губы. Он довольно быстро переключился с бытовых проблем на лирические. Еще пол часа они наслаждались друг другом. Очнувшись, Ира посмотрела на часы и ужаснулась:
— Время десять, мама уже давно ждет нас завтракать.
— Я же сказал, что нам пора думать о собственном жилье. Тогда не нужно соответствовать чужому распорядку. И потом, сегодня суббота.
— Для тебя это особенно актуально.
— Что ты имеешь ввиду?
— Субботу. Посидел один день в мэрии, и два дня рассказывал, как ты там устал. Какая разница для богатого рантье, суббота сегодня или среда? Завтракать все равно нужно. Например, я дико голодная.
— Да, Ирка, я совсем забыл… Сегодня же должен Юлик прилететь. А что если он привезет свою красавицу-рыбачку? Надо и им комнату готовить.
— Вот и вставай. — Рассмеялась Ира, вскочила с постели и, набросив халат, тут же убежала. Олег поднялся следом, но вовсе не так резво. Натянув белые спортивные брюки, он подошел к окну и посмотрел в сад. Гроздья рябины уже начинали краснеть, напоминая, что осень уже не за горами. Внизу в глубине сада кусты сирени прятали скамейку. Голенев уже знал, что именно на ней Лена и Руфина Абрамовна обнаружили мертвого Трофима. Отчим Иры покончил жизнь самоубийством не в силах совмещать работу мэра города со службой своей покровительнице Маке Соловьевой. На многие страшные вещи ему пришлось закрывать глаза, что при наличии совести опасно для жизни. В результате, Трофим сначала стал пьяницей, а потом самоубийцей.
Ира тронула его за плечо и передала трубку:
— Тебя Сергей из Бирюзовска.
— Да Сережа. Есть новости с Никулиным?
— Никаких. — Ответил Сергей: — Всех наших бандитов проверил, никто его не похищал. Или пришлые, или еще чего. Похоже я не в силах. Может, сам приедешь?
— А я вообще в Бирюзовске сколько лет не был. Пока погружусь, год пройдет. Да и тут у меня не все спокойно.
— Кого-нибудь из прежних не добили?
— Да нет, те молчат. Здесь что-то другое.
— Помощь нужна?
— Спасибо, пока нет. Понадобишься, вызову. — Голенев отключил телефон и снова застыл.
— Так и будешь истуканом у окна стоять? Все уже за столом, а ты еще в шароварах. — Пристыдила мужа Ира, заглянув в спальню. Сама она уже успела одеться и причесаться.
— Иду. — Ответил Олег, но с места не сдвинулся.
— Не вижу. — Заметила молодая жена, схватила Голенева за руку и потащила в ванную.
Когда он, выбритый и подтянутый, вошел в столовую, все семейство уже сидело за столом, а Елена в веселом фартучке разливала кофе:
— Доброе утро зятек. Что-то ты сегодня припозднился. — Встретила она Голенева, продолжая хозяйничать.
— Спать, это хорошо. — Подмигнул отцу Леня и широко зевнул.
— А вот зевать за столом плохо. — Ответила Ира и покраснела.
— Ленька только с койки поднялся. Вчера приперся к рассвету. — Донес на брата Митя.
— И кто она? — Полюбопытствовал Тема, накладывая на тарелку изрядный кусок бисквита.
Леонид мечтательно улыбнулся:
— Хорошая девочка — грузинка. Приехала с отцом мандаринами торговать, и чуть не угодила под прутья шпаны. Кстати, я с них снимал показания на английском. Грузин филолог, кандидат наук, дочка аспирантка. Пока мы с ней гуляли, она мне такого порассказала… Ужас, что у них творится.
— Да, в Грузии дела идут скверно. — Согласился Голенев. Я служил с грузином, в бытность СССР. Он еще тогда любопытно высказывался о России. Говорил — русские наш старший брат. Но и старший брат бывает дурак.
— Недурно… — Согласился Саша. Только теперь заметно, что все наоборот — дурак брат младший.
Леня за грузин заступился:
— Не надо, братишка. Народ за своих правителей не отвечает. А Нино, чудесная девушка. Я бы сегодня привел ее к нам пообедать.
— Можешь и ее отца пригласить. Я не возражаю. — Улыбнулась Елена. — Им в России сейчас не очень сладко.
— Я подумаю. — Ответил Леня и принялся усердно закусывать. Его примеру последовали остальные. Несколько минут всех занимала трапеза. Саша насытился первым:
— Отец, а почему Юлика так долго нет? Ты ведь наверняка знаешь, куда он смылся?
— Я, например, догадываюсь. — Ухмыльнулся Леня. Олег и Ира переглянулись. Тайную причину своего бегства от семьи и службы Постников доверил только им и своей матери. Но Татьяна собиралась их навестить позже, а остальные ничего не знали.
— Но и о чем же ты догадываешься, сыщик? — Спросил Олег, подставляя опустевшую чашку хозяйке под кофейник.
— Он в Англии. Кристину уламывает. Вот он где.
— С чего ты взял? — Вытаращился Тема.
