XXIII век. Нет войн, нет непреодолимых цивилизационных различий между народами Земли, почти побеждены болезни и преступность. Население Земли стабилизировалось и места вроде хватает всем. Но оказывается, что показываемый по телевизору сериал про космическую войну — не фантастика, а документальное кино, что рядом с этим сытом и благополучным миром существует другой, где потомки землян, колонизировавших полсотни планет ведут упорную войну с расой разможающихся роботов, где город с населением 80 тысяч считается огромным. В этом мире никого не удивляет школьник, самостоятельно пилотирующий самолёт, или то, что 12-летней девочке приходится заваривать пробоину в обшивке космического корабля быстрее, чем из пробитого скафандра выйдет весь воздух.И вот два мира соприкоснулись. На военной базе Порт-Шамбала в Гималаях, основанной спейсианами, чтобы защитить Землю от шияаров, выросло первое поколение, которое уже не может не считать Землю родной планетой. Написание закончено. Идет подготовка текста к публикации
Флиттер медленно поднимался над островом Бали. То есть это для флиттера медленно, разгоняясь с ускорением всего-то полтора g. Больше не рекомендуется, если на борту есть раненые, а обстановка мирная.
Пилот, первокурсник Военно-Космической Академии Джек Летайр, следил за цифрами скорости, сменявшимися на встроенном в очки экране, ожидая, когда те достигнут нужных для баллистического перелета домой трех тысяч метров в секунду. И одновременно поглядывал на пассажиров.
Вот Ринка, подмастерье-медик, нависла над лежащим без сознания Келли Лависко. Что же она делает, дура! Вдруг упадет на него при полутора g, а у него и так три ребра сломаны! Хотя нет, там рядом Ким Лэнсер с четвертого курса, он подстрахует. Полторы Ринки — это килограммов пятьдесят, не больше, здоровый шестнадцатилетний курсант как-нибудь удержит.
Смешная она, эта Ринка. Перед стартом — вынь да положь ей связь с ее мастером! А где я ей связь возьму, если остров наглухо укрыт облаком вулканического пепла, да еще насыщенного электричеством, словно шерсть кота, которого гладил целый класс школьников? Единственное, что тут можно — подняться выше облака, постаравшись не набрать пепла в движки. Что, кстати, мы сейчас и сделали.
К тому же вокруг полно старшекурсников. Офицерский медминимум сдают в конце второго курса, значит, все курсанты третьего и четвертого года обучения должны разбираться в медицине лучше, чем подмастерье.
— Рина, тебе еще связь нужна? Теперь она есть.
Мара Лависко бросила на Джека выразительный взгляд сквозь забрало каски — не отвлекайся, мол. А почему бы и не отвлечься? Облако пепла пройдено, активный участок скоро закончится, автопилот сам выключит движок, когда наберется необходимая скорость.
И чего она сидит в каске, когда все остальные их уже сняли?
А, понятно — пилота контролирует. С тактического монитора каски это делать гораздо удобнее, чем через маленькие экранчики очков.
Еще минута, и двигатели отключились. На борту наступила невесомость, шарниры пилотского кресла разблокировались, и оно стало вращающимся. Чем Джек и воспользовался, развернувшись на нем в сторону салона:
— Мара, послушай, а они вообще люди?
— Кто?
— Земляне.
— А что в них не так? Сам-то ты кто?
В Порт-Шамбала не считалось зазорным припоминать человеку его истинное происхождение. Приемыш из приюта так приемыш, все равно ведь знает, что ничем не хуже остальных. Тем более недавно у Джека объявился то ли дедушка, то ли двоюродный дядюшка.
— Ну смотри… Во-первых, совершенно немыслимый идиотизм с этим извержением вулкана. Как-то не по-человечески откладывать эвакуацию, несмотря на однозначный прогноз, и дожидаться, чтобы спасатели таскали туристов прямо из-под раскаленной тучи. Потом вообще все наши отношения с ними — ни туристы из Галактики практически не бывают на Земле, ни земляне никуда не летают. На всей планете с десятью миллиардами населения единственный космодром — наша маленькая военная база. При этом мы обеспечиваем их связью, спутниковой съемкой и так далее, а они строят нам корабли. Как вообще называются такие отношения?
— Симбиоз, — подала голос Ринка, как раз закончившая аккуратно пристегивать ремнями Келли, чтобы тот никуда не уплыл с кресла в невесомости.
— А по-моему, больше похоже на скотоводство, — возразил Джек.
Мара задумалась. Недавно сданный курс новейшей истории Галактики ничем не мог помочь ответить на вопрос мальчишки. Да, там было про события 2098 года, которые привели к разрыву колоний с матерью-Землей, а также про предъявленный Земле в 2208 ультиматум шияаров и свалившуюся тем на голову Третью Арктурианскую эскадру… Впрочем, это уже не совсем история — эскадрой командовал дедушка Тадек, который сейчас в отставке и возглавляет Военно-Космическую Академию.
Однако все это не проливало никакой ясности на вопрос, чем земляне отличаются от спейсиан, и почему отношения между теми и другими такие странные.
Но когда тебе еще нет шестнадцати, очень хочется почувствовать себя взрослой. А по спейсианским понятиям взрослый отличается от ребенка тем, что ребенок задает вопросы, а взрослый ищет ответы самостоятельно.
Элен стояла под козырьком около станции подземки и напряженно всматривалась в текущий мимо поток людей. Это занятие было для неё непривычным — обычно, наоборот, ждать её приходилось парням. А уж Келли за всю историю их знакомства ни разу не опаздывал. Впрочем, судя по часам на крыше здания с другой стороны площади, до назначенного срока оставалась ещё минута.
Это тоже был несколько необычный опыт. Видимо, пунктуальность Келли оказалась заразной.
Но вот сквозь серую осеннюю морось, загнавшую Элен под козырек, мелькнули знакомые зеркальные очки на пол-лица. Коротко стриженые темные, слегка курчавые волосы, темно-синяя куртка… Но что это? Под знакомой курткой явно девичья фигура. Да и ростом её обладательница явно не с Келли.
