Питер побледнел. Она догадывалась, о чем он сейчас думает. Почему бы просто не накинуть на шею петлю и не вручить этим людям концы веревки? Но Ванму пришлось основываться на собственных суждениях, а она считала, что Грейс Дринкер и ее семья ничего плохого не сделают. Ведь если бы эта женщина хотела сдать Ванму и Питера властям, она бы давным-давно это сделала.
Грейс взглянула в глаза Ванму и промолчала. Наконец, после долгого перерыва, она снова заговорила:
— Вкусная рыба была. Вам понравилось?
— Мне интересно, что это за корочка. Туда добавлен сахар?
— Мед, несколько приправ и немножко свиного жира. Надеюсь, вы не относитесь к тем редким людям, которые несут в себе гены китайцев и евреев или мусульман, потому что в этом случае вы совершили грех, и я окажусь очень виноватой перед вами. Ведь чтобы очиститься от этого прегрешения, надо приложить немало усилий, по крайней мере мне так говорили, и в НАШЕЙ культуре очень сложно вновь обрести расположение богов.
Питер, воодушевленный тем, что Грейс ни чуточки не заинтересовалась их чудо-кораблем, попытался вернуть разговор на прежнюю колею:
— Так вы позволите нам увидеться с Малу?
— Малу сам решает, кто увидит Малу, а кто — нет. Но в данном случае он предоставляет право решать вам. Он любит иногда казаться загадочным.
— Это очень афористично, — заявила Ванму.
Питер поморщился.
— Нет, на самом деле он достаточно ясно выразился. Малу идеально чист, и для него духовность не несет в себе никакого мистицизма, для него она — часть жизни. Сама я никогда не встречалась с мертвецами, не слышала, как герои поют свои песни, мне не являются видения, но я не сомневаюсь, что Малу все это проделывал.
— Мне казалось, вы ученый, — удивился Питер.
— Если ты хочешь поговорить с исследователем Грейс Дринкер, — ответила она, — почитай мои статьи и запишись ко мне на занятия. Мне казалось, вы хотите поговорить со МНОЙ.
— Хотим, — быстро подтвердила Ванму. — Питер просто торопится. Нас очень поджимает время.
— И одна из причин вашей торопливости — это флот, приближающийся к Лузитании, во всяком случае, мне так кажется. Но другая причина куда более весома. Ведь приказ об отключении компьютеров уже отдан.
— Что, уже? — напрягся Питер.
— О, этот приказ был дан много недель назад, — удивилась Грейс смущению Питера. Но затем черты ее лица разгладились. — Да нет, я совсем не то имела в виду. Был отдан приказ о готовности отключить компьютеры. О нем-то вам наверняка известно.
Питер расслабился и кивнул.
— Думаю, вы хотите поговорить с Малу до того, как отключат анзибли. Хотя что это изменит? — вслух начала размышлять она. — Ведь если вы способны обгонять скорость света, вы можете сами доставить свое послание. Но может быть…
— Может быть, слишком много миров придется облететь, — предположил сын.
— Или со слишком многими богами поговорить! — воскликнул отец и громко расхохотался над собственной шуткой, хотя Ванму она показалась совсем не смешной.
— Или же… — высказалась дочь, которая присоединилась к ним и теперь лежала рядом со столиком, периодически рыгая по мере того, как усваивалось чудовищное количество пищи, поглощенное за обедом. — Или же для перелетов им требуются эти самые анзибли.
— Или, — заметила Грейс, глядя на Питера, который инстинктивно дернул рукой, чтобы дотронуться до сережки, — вы соединены с тем самым вирусом, который мы пытаемся уничтожить, выключив компьютеры. И этот вирус помогает вам перемещаться с планеты на планету.
— Это не вирус, — сказала Ванму. — Это живое существо. Разумное существо. И вы поможете Конгрессу убить это создание, хотя оно единственное в своем роде и никому ничего плохого не сделало.
— Ну, знаете ли, Конгрессу пришлось изрядно понервничать, когда что-то — или, если вы настаиваете, кто-то — вдруг стерло весь их флот с лица вселенной.
— Но ведь с флотом все в порядке, — возразила Ванму.
— Давайте не будем спорить, — предложила Грейс. — Сойдемся на том, что теперь, когда я поняла, что вы не против рассказать всю правду, может быть, Малу и в самом деле стоит встретиться и поделиться с вами истиной.
— Ему известна истина? — спросил Питер.
— Нет, — покачала головой Грейс, — но ему известно, где она хранится. Он постоянно сталкивается с ней и поэтому может рассказать нам, что видит. Мне кажется, его стоит послушать.
— А мы можем увидеть его?
— Вам придется очиститься. Это займет где-то неделю, и потом вас допустят на Ататуа…
— Боги терпеть не могут грязных ног, им щекотно! — вскричал муж Грейс, громко гогоча. — Вот почему Ататуа назван Островом Смеющихся Богов!
Питер заерзал на месте.
— Тебе не нравятся шутки моего мужа? — спросила Грейс.
— Да нет, просто мне кажется… ну, я хочу сказать… я не понимаю их, вот и все.
— Это потому, что на самом деле они не очень остроумны, — объяснила Грейс. — Но мой муж шутит и смеется, чтобы подавить свое чувство гнева и не убить вас голыми руками.
