Массивная, неказистая табуретка свалила ирландского богатыря, ударив в спину и разлетевшись на куски. Перекатившись, Конан зацепил рукой опускавшийся ему на голову сапог с рваной подмёткой и рванул, одновременно выворачивая ступню до характерного хруста.
– Трое! – Азартно заорал он, вскакивая без видимых повреждений. Сюртук повис на спине лохмотьями, показав металлическую кирасу, – отстаёшь, Бранн!
– Ничуть, – весело отозвался напарник, увернувшись от ножа и прочертив кончиком своего клинка кровавую полосу по горлу противника. Перехватив клинок, бывший рейнджер метнул его в рванувшего на выход последнего члена банды Ждана, – четверо.
– Нечестно! – Обиделся Конона, – я ж кулаками!
– Честно, – с ленцой отозвался Бранн, – у тебя и кулаки больше моих размером, я ж на то не жалуюсь?
Оглядев место битвы, рейнджер вздохнул и помахал рукой кабатчику.
– Этих убрать. У вас есть вменяемые люди, с которыми можно говорить нормально?
– Есть, – к ирландцам шагнул немолодой человек среднего телосложения, с болезненным лицом скопца[159], – и информация есть…
– Пошумели, командир, – доложил Бранн утром, – как и хотели, показали психопатов, которым человека зарезать – в радость. Информацию нам слили и разумеется – бредовую, даже не слишком правдоподобную. Доклад уже написал о том, так что времени отнимать не буду, сам прочтёшь позже.
– Ничего, – хмыкнул Фокадан, – ложная информация тоже хорошо. Поглядим хотя бы, в какую сторону направить нас хотят.
Договор О дружбе и добрососедстве с Афганистаном и полноценный союзный договор с Персией заставил Фокадана посереть от ужаса. Хвалебные слова об умницах-дипломатах и храбрых военных, наладивших уверенную связь не только с племенами Афганистана, но и между строк – Индии, пошли фоном.
– Началось, – обречённо сказал он, комкая утреннюю газету, – я не я буду, если англичане какой-нибудь гадостью не ответят.
Ответили, да ещё как… некролог о смерти Александра Второго появился всего через неделю. Самое же страшное заключалось в том, что дальнейшие статьи откровенно попахивали цареубийством и государственным переворотом.
Как ещё можно расценить рассуждения государственных деятелей на страницах газет о том, кто из претендентов предпочтительней – Алексей Александрович, Николай Николаевич старший или же юный Сергей Александрович? Законный наследник, который должен ступить на престол под именем Александра Третьего, если и упоминался, то как персона, о которой ходят якобы самые дурные слухи.
Москвичи откровенно поговаривали, что Александр Второй
– Умер от инфаркта табакеркой по голове[160].
Говорили о сём не стесняясь и даже не понижая голос при виде чиновников, военных или городовых. Впрочем, служивое сословие старательно не замечало разговоров, и то и вовсе – сами вели неподобающие беседы.
Законный наследник, если верить муссировавшимся[161] слухам, был одновременно страшным мотом и скупцом, слабовольным импотентом и развратником. В одном слухи сходились уверенно – Александр, Который-вряд-ли-будет-Третьим, объявлялся отцеубийцей.
Здравомыслящие люди ходили мрачные и напуганные грядущими переменами, все понимали, что произошёл очередной дворцовый переворот. Оптимисты говорили о Золотых временах Екатерины, грезя новыми вольностями дворянскими – хотя куда больше-то?!
Богатое дворянство заговорило о Республике, в качестве примера представляя Речь Посполитую[162] перед началом упадка. Права дворянства без каких-либо обязанностей заставляли захлёбываться слюной от едкой зависти.
Что с того, что подобные законы привели страну в упадок? Зато как жили! Рабы, право каждого шляхтича объявлять войну самому королю, отправлять посольства иностранным государям[163], не платить налоги… Мечта!
Иные грезили о конституционной монархии английского типа. О республике образца французской – до воцарения Наполеона Третьего, разумеется. Имелись и те, кто ставил в пример Конфедерацию, пытаясь искать одобрения своим планам у Фокадана. Зашла речь и о смене династии.
Менее двух недель прошло с появления в газетах злосчастного договора…
– Слишком быстро в разнос пошли, – качал головой Келли, отслеживающий ситуацию по сложным графикам, – слишком быстро.
– Готовились, – тоном непризнанного пророка отвечал Конноли, – заметил, что власти бездействуют? То-то! Раскачивают лодку государственности…
Несмотря на проблемы Российской Империи, расследование покушения не прекратили и оно принесло свои результаты.
– Проверил не раз и не два, – уверенно сказал Бранн, доставая пометки и записи, – наниматель известен.
– Посредник?
– Скорее всего, – но ниточка от него куда-нибудь да приведёт. Или затихариться нам на время революционных беспорядков?
Встав с кресла, Фокадан начал расхаживать пол кабинету, прикусив губу.
– Нет, – решительно сказал он пару минут спустя, – опасно. Если уж императора убрали, то меня и подавно смогут. Кто убил Александра, есть сомнения? То-то, что англичане… а эта сволота и меня не любит, так что затаиться не выйдет.
