Лёха думал. Связь с сатурнатами есть, на просьбы они реагируют, значит нужно что-то срочно соображать. Кровать, кровать...Лёха прошёл в спальню и принялся тщательно осматривать кровать. Сама она стеклянная, матрац толстый, на пружинах, словно с Земли доставленный, привычный, хороший. Лёха видел в ванной маленькие ножницы. Принёс, распорол по шву матрац и потихонтку стал доставать оттуда наполнитель и забивать свободную наволочку. Сатурнаты, занятые своим делом, особо не обращали на него внимания. А Лёха уже из стороны в сторону гнул проволоку, освобождая место, чтобы там укрыться.
Спал Лёха плохо, а с самого утра позвонил по телефону дежурному лаботатории.
- Что? - Спросил безчувственный голос.
- Моей соседке сменили кровать. И она сейчас спит на мягком диване. - Начал Лёха, изображая возмущение, чтобы отвести подозрение от основной цели звонка.
- Сменили кровать, - подтвердил Ситис, подходя к кубу и наблюдая за Лёхой.
- Я тоже хочу мягкий диван, - завопил он в трубку, - тоже хочу на мягком спать.
Лёха подбежал к кровати, бросил телефон и рванул её за изголовье, поволок к выходу. Кровать была достаточно тяжёлая, но у Лёхи прямо из нутри прорывались зверинные силы.
- Я хочу мягкуий диван, - вновь сообщал он сатурнату в трубку, - мы должны жить в одинаковых условиях. Вы не должны обделять меня.
Сатурнат молчал. Маша подошла к стене и тоже удивлённо стала набоюдать за происходящим у соседа.
- И вобще я обиделся, несите мне мягкий диван, - продолжал он бушевать, - а то я не выйду, так и буду сидеть в ванной...
Леха под взглядами Ситиса и Маши прошествовал в ванну, и демонстративно плюхнулся в неё, открыл воду.
Ситис отключил телефон и набрал на планшете в графе психологический портрет: зависть, агрессия, желание иметь то же, что и другие. А у Лёхи стучало в висках. Назад пути не было, в душе он уже был настроен на подвиги.
Сейчас нужно сменить сухую одежду, натянуть паутоскан и забраться в матрас. Самое главное всё это сделать незаметно. И, что ещё крайне важно, сдёрнуть чертов браслет. Силой, как уже понятно, не получится, надо думать. Лёха поднял обе руки, приложил друг к другу и собирался начать думать как, коснувшись другой руки, браслет распрямился и сомкнулся уже на ней. Молоточком мысль запрыгала в Лёхиной голове.
Он приподнялся, всматриваясь, что там творится в лаборатории. Ситис тащил какие-то устройства, неизвестные Лехе, на противоположную сторону куба. Леха не стал заморачиваться, разглядывая, что там будет происходить. Одним скачком выпрыгнул из ванны, сменил одежду и подбежал к соседской стене. Постучал. Маша подошла. Леха взобрлся на стул и поманил жестом её. Маша встала и толкнула форточку.
- Чего тебе? - Буркнула она.
- Маша, дай руку, - Лёха волновался.
- Зачем? - насторожилась она.
- Надо, - нетерпеливо замотал он .головой, - дай.
Маша нерешительно протянулал руку, лишь пальчиками достав до форточки. Лёха на сколько мог вытянулся, схватил обеими руками Машину руку, вложив в неё свой маленький крестик. Браслет с его руки защелкнулся на Машином запястье. Она ойкнула и отдёрнуглась назад.
- Крестик? - Подняла удивлённо брови.
- Возьми, Маша, тебе нужнее, ты с ребенком, пусть ему будет. - Ответил Лёха.
- Браслет? - Показала она ему руку.
- Как браслет? - Изумился Лёха, наигранно осматривая себя.
- Давай отдам, протягивай...
Она потянулась к форточке, но Лёха перебил:
- Подожди минутку, я до туалета и приду за ним, - нарочно сморщился, словно не может терпеть, спрыгнул и побежал.
Маша отвернулась от стены.
Лёха заскочил в туалет и, зная, что Маша не станет подглядывать за ним, натянул паутрскан. Стараясь не шуметь и ее маячить сильно, пробрался к кровати.
В минуты отчаяния человек бывает сам часто не понимае, как сделал то или иное действие, включаются какие-то неведомые мощнейшие силы. Так и сейчас, если бы Лёху спросили, каким образом он забрался в матрац, но вспомнить он вряд ли бы это смог.
А дальше ему повезло. Пробыв внутри матраца несколько часов, он от волнения даже не понял этого. Всё пролетело словно один миг. Потом он почувствовал, что кровать потащили. Остановились. Потащили снова. Послышался гул, которого не было внутри куба. Затем опять движение и всё замерло. Лязгнула дверь. Мягкие шаги. Непонятный диалог:
- Измельчение сейчас?
- По графику завтра в утренние часы.
- Сегодня обработка лаборатории. Дежурство Мисы.
- Через два часа нужно всем быть в своих куполах, лекция.
Лёха сжался. Сердце стучало так, что, казалось, его слышит вся планета.
Лежал он долго, затекли руки и ноги, спина гудела. Наконец осмелился - пошевелился, высунул голову. Было непривычно темновато. Вокруг различные предметы, типичные в быту землян, только состоящие из стекла: кровати, кресла, тумбочки, и состоящие из обычного материала - матрац вот его, ещё парочка покрывал валялась.
