— Вы знаете, многим. У него ведь отец после окончания лётной карьеры пошёл по административной линии, хорошо очень продвинулся. Он был заместителем Начальника Управления кадров и даже около полугода являлся врио Начальника. Сами понимаете, что значит быть руководителем кадровой службы Федерального министерства — он знает всех и все знают его! Так что Баштин-младший активно использовал возможность обращаться к отцу напрямую и помогал многим… да! Хотя и не всем… Он человек с характером и…
Я не знал, имеет ли это направление разговора хоть какое-то отношение к моему расследованию, но любопытства не сдержал и задал вполне логичный вопрос:
— А кому, например, он не помог?
— Ну, я даже не знаю, правильно ли говорить об этом… не будет ли это выглядеть, как сплетня… — Олег замялся, сообразив, что разговор приобретает форму доноса.
— Не беспокойтесь, эта информация никуда от меня не пойдёт. Вы же понимаете, что речь идёт о нюансах, которые я должен знать, дабы правильно представлять горизонтальные связи внутри коллектива. — как можно оптимистичнее заверил я собеседника.
Не могу сказать, насколько убедительно прозвучало сказанное, но слова мои, до некоторой степени всё же успокоили Олега:
— Знаю, что недавно он отказал Татьяне Авдеевой. Она обратилась к нему с просьбой помочь замять некрасивую историю, в которой засветилась её дочь. Девочка четырнадцати лет попала под подозрение в расследовании какого-то мошенничества. Сама она ничего не воровала, но вроде бы обеспечивала алиби преступнику… что-то такое. Татьяна обратилась к Баштину с просьбой посодействовать в том, чтобы дочь не упоминалась в материалах дела. Тот её довольно категорично отшил. О причине можно только гадать: то ли Баштин действительно ничем помочь не мог, то ли просто отомстил за то, что Татьяна игнорировала прежде его знаки внимания.
Олег Капленко оказался интересным собеседником, причём, по-видимому, он даже не представлял насколько. Его короткий рассказ о взаимоотношениях Татьяны Авдеевой с Александром Баштиным моментально прояснил причину негативного отношения первой ко второму. Похоже, Татьяна своими рассказами пыталась манипулировать мною и создать предвзятое мнение о человеке, ей несимпатичном. Ах, как это по-женски… И почему же я ничуть не удивлён этому маленькому открытию?
Что ж, я услышал достаточно. И про Максима, и про Татьяну, да и про самого Сашу Баштина. Задав ещё несколько вопросов, призванных замаскировать действительно интересовавшие меня темы, я спровадил незваного гостя.
Оставшись один, крепко задумался, пытаясь рассортировать по степени важности информацию, свалившуюся на меня в последние часы. В принципе, пазл складывался в картину, отдельные части которой уже не казались абсурдными. Становилось понятно, почему Ольга Капленко категорически отказалась сотрудничать с нами — она выгораживала Баштина, которому была многим обязана. Или, по крайней мере, считала себя обязанной. Баштин устроил Максима Ардашева, племянника Ольги, на ответственную должность на космодроме «Огневой» и после этого у всех членов семьи Капленко, за исключением Олега, начался золотой век. Буквально золотой. Мог Максим пропускать без досмотра грузы золота, идущее из космоса? Мог, он старший офицер смены, он решает какие грузы подвергать досмотру. Не совсем понятно, как он обходил регламент, но обходил как-то, ибо то, что придумал один человек, другой завсегда нарушить сможет… Вот Ольга и молчала, выгораживая всех — Баштина, племянника, старшую сестрёнку, да и саму себя тоже. Ей досталось немало от сытного пирога!
