Стос и Лулуаной пришли последними, но заняли самые лучшие места на трибуне для Первых, а таковыми считали только тех, кто пришел к Лулу до знаменитых голландских гастролей "Здыма". Пожалуй, это было единственным преимуществом Первых, хотя здымовцев на острове и без этого очень любили и привечали в каждом доме. Да, и их музыка считалась на острове чем-то вроде официального музыкального языка и её можно было услышать повсюду. Нет, другая музыка тоже была в ходу, но её просто слушали, а вот музыкой Резины жили и ждали от него всё новых и новых мелодий.
Как только Стос и Лулу заняли свои места на трибуне Первых, Ольхон, Ульта, Вилли, Эдуардо и местный колдун Ретеи тотчас принялись крутится волчком и прыгать вокруг здоровенного штабеля, изгонять злых духов и всячески призывать силы добра вселиться в новый космический корабль. Здымовцы поддерживали их энтузиазм своей музыкой. Через полчаса колдуны и шаманы вернулись на свои места и Генри, осенив лоб крестным знамением, выпустил из своих рук два малиновых луча, которые поднялись над стопкой космических стройматериалов и образовали большой, сверкающий шар. Именно это послужило сигналом для всех островитян.
Роза влила свою энергию в его лучи и после этого каждый из почти двенадцати тысяч человеко-арнис, собравшихся в этом гроте, выпустил из своих рук малиновые лучи-струи и они все уперлись в малиновый, сверкающий шар Генри. Затем настала очередь Люстрина, мощь луча которого была многократно больше, чем всех остальных потоков энергии вместе взятых. Последними в этом единении всех сил были Лулуаной и Стос, после чего Генри начал процесс творения.
Энергии в его распоряжении было столько, что уже через каких-то полтора часа он смог выпустить из себя золотисто-белый шар Здыма и тот торжественно и величаво влетел в своё стальное, дисковидное тело. Диаметр космического корабля модели "Звездный странник" был невелик, всего каких-то шестьдесят три метра при высоте в восемнадцать, и он имел внутри всего четыре яруса. На нижнем, самом высоком этаже находился кольцевой термоядерный реактор, главный грузопассажирский шлюз и ангар для пяти орбитальных челноков.
Выше, ровно посередине, располагался самый большой, по площади, отсек корабля с грузовым трюмом, всеми системами жизнеобеспечения, которые могли создавать пассажирам подходящие условия жизни. Там же стояли биореакторы для производства продуктов питания. Выше располагался пассажирский отсек, в каюты которого намеревались влезть сто восемьдесят человек вместо тридцати. Гастон счел абсолютным идиотизмом ставить в каждой из тридцати кают по роскошной кровати, когда там, при наличии довольно высоких потолков, запросто можно было разместить вполне нормальные трёхъярусные стальные койки.
Самым маленьким отсеком был маленький мирок, ранее предназначенный для одного арниса, который теперь был переделан на Люстрине и вновь изготовлен на Здыме для двух человеко-арнис, подлинных хозяев космического корабля. Как ранее Люстрин, так теперь и его стальной кореш Здым могли переделывать интерьеры кораблей в угоду своим повелителям. Поэтому уже вскоре Лулу со Стосом и Генри с Розой должны были получить от них в подарок роскошные апартаменты, располагавшиеся прямо в навигационной рубке космического корабля.
Когда сотворение Здыма было закончено, он оказался, на взгляд собравшихся, даже более красивым космическим кораблем, чем старина Люстрин, хотя это и вызвало ироничную ухмылку Лулуаной. Тут Стос был с ней совершенно согласен, так как не видел никакой разницы между двумя этими аспидно-черными, полированными летающими тарелками, которые весело перемигивались друг с другом разноцветными огнями. Завяжи он глаза Розе, которая, взлетев в воздух с бутылкой шампанского, собиралась оросить им полированный бок своего Здымчика, то и она не смогла бы отличить его от Люстрина.
Пожалуй, для Стоса этот момент был ничуть не менее волнующим чем та ночь, когда он решился отцепить от себя Лулуаной. Словно во сне он стоял подле Звёздного Дыма и чуть не плакал от счастья. Он был так переполнен чувствами, что едва смог вымолвить, выпив шампанское:
— Ну, вот, моя девочка, теперь мы можем смело лететь с тобой на Сиспилу.
Ну, тут он был не совсем точен, так как на то, чтобы юный Здым мог полностью подготовиться к полету, теперь должно было уйти не менее двух недель. В первую очередь в него нужно было закачать чертову уйму сжиженного воздуха, жидкого кислорода и жидкого водорода. Затем в его биореакторы следовало загрузить живую говядину, свинину, баранину, курятину-гусятину, осетрину, лососину и всю прочую зверятину. Только после этого эти умные механизмы станут исправно поставлять хозяевам космического корабля и его пассажирам к столу свежее мясо, молоко, яйца, да, и всё прочее, вплоть до риса с гречкой и свежих, горячих плюшек к чаю.
