Стос расхохотался весёлым радиоментальным смехом и, положив предплечье своей руки на грудь Файдиляр быстро вырастил из неё питающие сосуды. Без этого ему ни за что не удалось бы превратить эту худую ариарскую женщину, в которой росту было почти метр восемьдесят пять, в свою биологическую дочь. Стволовые клетки, накопленные в его теле, которые было очень легко спутать с жировыми, тотчас пришли в движение и стали медленно перетекать к правой руке Стоса, отчего та зделалась похожей на толстую колбасину, затянутую черной тканью. Но, прежде, чем приступить к процессу реконструкции организма этой женщины, он освободил её от всех хромированных железок с моторчиками и прочими силовыми приводами.
Он отнюдь не был первым. Гастон, который взялся работать с вредным, но весьма отважным звёздным адмиралом, сбросил его железяки на паркетный пол без малого десятью минутами раньше. Зато Стос в отличие от него теперь совершенно точно знал, что именно ему нужно делать. Впрочем, полковник тоже был тёртый калач и, сев на его компьютер, тотчас перекачал с него всю информацию и приказал Люстрину, чей интеллект был намного выше, чем у доброго десятка человеко-арнис, немедленно составить ему программу биологической реконструкции.
Стос всегда предпочитал работать самостоятельно и потому действовал крайне осмотрительно. От помощи со стороны он тоже не отказывался и потому дело у него продвигалось довольно быстро. Уже через четыре часа он полностью разобрался со всеми этими чертовыми генами и хромосомами, в результате чего перед ним лежала тощая, худосочная девица с довольно миловидным, хотя и морщинистым, курносым лицом и лысой головой, с весьма стройным и привлекательным телом. Теперь ему следовало перейти к самому главному.
Несколько раз глубоко вдохнув воздух, он отдал приказ своему сердцу биться чаще и погнал свою кровь, а вместе с ней и стволовые клетки в тело Файдиляр. Прямо перед ним порхала крохотная телекамера, которая показывала процесс её преображения всему экипажу огромного космического корабля. Все солдаты и космолетчики собрались и замерли у экранов мониторов, наблюдая за тем как из худющего заморыша, словно в сказке, стала быстро вырастать красивая, высокая и стройная девушка с серо-голубыми глазами.
Хотя нижней части её лица они не видели, каждый был уверен в том, что у главного врача корабельного госпиталя Файдиляр Лиис-Туин будет просто ангельская улыбка. В том, что она станет такой же красивой, как и женщины этих огромных плечистых парней, устроивших им такой разгром на корабле, они уже убедились. Везде, по всем отсекам и боевым постам корабля то и дело разносились громкие протяжные вздохи и тихий, мечтательный шепот:
— Неужели и моя малышка скоро станет такой же красавицей, а сам я буду похож на звёздного путешественника Стоса?
Как только все сорок три килограмма живой, а потому жутко активной протоплазмы тела Стоса, способной превратиться во всё, что угодно, перешли в тело юной и прекрасной ариары, он передал ей новенький компьютер, информаторий, несколько сканеров, генератор силовой энергетической защиты, по парочке боевых систем в каждую ладонь, а затем, по самое некуда, закачал в свою дочь чистый энергид, сделав её полноценной ариаро-арнисой. Прежде, чем отнять руку от её рта, он быстро проинструктировал преображенную им девушку:
— Файди, доченька моя, в твоём теле, прямо в сердце, находится сверхмощный компьютер, а чуть ниже информаторий со всеми знаниями арнис. Ещё у тебя есть прямо в ладонях очень мощное оружие и даже генератор защитного поля, так что поскорее разбирайся со всем этим хозяйством. Прежде, чем ты приступишь к тому, чтобы реконструировать тело какого-нибудь лекаришки или врачихи из своего госпиталя, тебе придется дня четыре трескать спецрацион, чтобы набрать нужную массу. Организм ариарцев способен раз в пять, а то и шесть быстрее накапливать жир и потому… Впрочем, хватит об этом. Ты ведь у меня не дура и гораздо быстрее поймешь всё из лекции моего компьютера, а то я вечно всё путаю, когда начинаю рассказывать про всю эту мутотень. Так что вперед и с песней, дочурка!
Стос отнял руку от её маленького, очень красивого рта с очаровательными губами и первое, что он услышал, был следующий вопрос, который поверг его в крайнее смущение и вогнал в краску, ведь ариаро-арниса спросила его:
— Отец, скажи мне, я теперь тоже должна буду ходить, как и твои прекрасные спутницы, едва одетой, носить на ногах эти браслеты с золотыми цепочками и прицеплять ещё одну цепочку к украшениям на моих малых половых губах?
Сиплым от смущения голосом Стос сердито прошептал:
— Ты, что, рехнулась? Ведь наши девчонки специально вырядились так, чтобы у всех ваших мужиков тут же гормоны взыграли и они после этого уже ничего не видели кроме обнаженных прелестей наших девчонок. Этого тебе делать вовсе не обязательно, моя девочка. Ты ведь у меня всё-таки врач.
