Дети судьбы полностью

Нат похолодел, а мистер Голдблат медленно поднялся с места.

— Я был бы рад п-п-прокомментировать это заявление, если б-бы я знал, что он сказал.

Журналист взглянул вниз на лист бумаги и прочёл:

— «Я рад слышать, что мистер Голдблат принял мой совет и объединил оба банка, вместо того чтобы продолжать дискредитирующую борьбу, которая никому не могла пойти на пользу. — Голдблат улыбнулся и кивнул. — Скоро три члена правления смогут стать преемниками нынешнего председателя, но поскольку я считаю одного из них неподходящим кандидатом на пост, требующий финансовой честности, у меня не остаётся иного выбора, кроме как подать в отставку из правления и перестать быть юридическим советником банка. С этой оговоркой я желаю новой компании всяческого успеха в будущем».

Улыбка мистера Голдблата мгновенно испарилась, и он не мог сдержать свою ярость.

— Мне н-н-нечего сказать п-п-по этому п-поводу. П-п-пресс-конференция окончена.

Он поднялся со своего места и вышел из комнаты. Нат последовал за ним.

— Мерзавец нарушил наше соглашение, — сердито сказал Голдблат, идя по коридору.

— В чём оно заключалось? — спросил Нат, стараясь оставаться спокойным.

— Я согласился сказать, что он участвовал в успешном завершении переговоров, если он подаст в отставку с должности юридического советника новой компании и не будет делать никаких дальнейших заявлений.

— Соглашение было письменным?

— Нет, мы в-вчера договорились по телефону. Он об-бещал сегодня п-п-подтвердить нашу договорённость в письменной форме.

— Так что Эллиот снова пахнет розами и лилиями, — сказал Нат.

Голдблат остановился перед дверью и повернулся к Нату.

— Нет! — воскликнул он. — Эллиот скорее п-п-пахнет навозом, и на этот раз он неудачно выбрал, кому б-б-бросить перчатку.

Часто только смерть человека показывает, насколько популярен он был при жизни.

Во время похоронной службы по Гарри Гейтсу собор Святого Иосифа был полон до отказа задолго до того, как хор вышел из ризницы. Начальник полиции Дон Калвер решил поставить кордон за квартал перед собором, чтобы пришедшие на похороны могли сидеть на ступенях или стоять на улице, слушая службу, которая передавалась по громкоговорителям.

Когда кортеж остановился, почётный караул по ступеням внес гроб в собор. Марту Гейтс сопровождал её сын, а её дочь и зять шли на шаг позади. Толпа на ступенях раздвинулась, чтобы позволить им пройти в собор. Прихожане встали, когда причетник провёл миссис Гейтс к первым рядам. Пока они шли по проходу между рядами, Флетчер заметил, что на службу пришли баптисты, евреи, англиканцы, мусульмане, методисты и мормоны, единые в своём уважении к почившему католику.

Епископ открыл службу молитвой, которую выбрала Марта, затем последовало пение тех гимнов и чтение поучений из Библии, которые Гарри всегда любил. Джимми и Флетчер прочли поучения, а потом на амвон поднялся председатель партии Ал Брубейкер.

Он взглянул на прихожан и с минуту помолчал.

— Немногие политики, — начал Брубейкер, — внушают к себе уважение и любовь, но если бы Гарри был сейчас с нами, он увидел бы, что он — один из этих немногих. Среди прихожан я вижу немало людей, с которыми я ни разу не сталкивался, так что я предполагаю, что они — республиканцы. — В соборе раздался смех, а с улицы донеслись аплодисменты. — Это был человек, который, когда президент предложил ему баллотироваться на пост губернатора штата, ответил просто: «Я ещё не закончил свою работу в качестве сенатора от Хартфорда», — и он её так и не закончил. Как председатель моей партии я присутствовал на похоронах президентов, губернаторов, сенаторов, членов Палаты Представителей и многих других сильных мира сего, но эти похороны отличаются тем, что здесь собрались рядовые граждане, которые просто пришли сказать «спасибо».

Гарри Гейтс был упрям, многоречив, вспыльчив и вызывал раздражение. Но он также страстно боролся за то, во что верил. Преданный своим друзьям, справедливый в спорах со своими оппонентами, он был человеком, общения с которым вы искали просто потому, что оно обогащало вашу жизнь. Гарри Гейтс не был святым, но святые будут стоять у врат небесных, чтобы приветствовать его.