–
– Я не беру денег, – монотонным голосом произнёс врач, – я живу на оставленные мне средства. Я уже говорил об этом.
– Вы лечили христиан?
– Я оказывал неотложную помощь тем, кто ко мне приходил. Я не обсуждаю с больными людьми и их родственниками вопросов веры. Я предупреждаю, что я суадит и что мои предписания следует согласовывать с врачом-христианином.
–
– Во имя Господа, – появившийся в дверях брат Доминик был в бурой книжной пыли, – мы закончили. Найдено девять запрещённых книг и сорок четыре сомнительных, в том числе на дурных языках.
Что ж, на первый раз довольно. Выдвинутых обвинений хватит, чтобы увести Бенеро из-под носа Протекты, вывезти книги и опечатать дом.
– Проследите, чтобы найденное было должным образом упаковано. Передайте Ривере, пусть возьмёт образцы лекарств и прочих зелий. Хоньо Бенеро, вы уличены по крайней мере в одном из преступлений, в которых были заподозрены. Впредь до завершения следствия вы заключаетесь под стражу в монастыре Святого Федерико.
Вам следует знать, что, если вы обратитесь к христианству, вас будет судить церковный трибунал. Святая Церковь милостива к новообращённым, а ремесло лекаря угодно Господу. Благотворительная работа в городской больнице на определённый трибуналом срок будет способствовать спасению вашей души и тела. В противном случае вы будете переданы в руки Протекты по обвинению в попытках отравления, тайной торговле ядами и утаивании доходов. Вы меня поняли?
– Да, я вас понял.
Чьи глаза злее – поджигателя или Арбусто? Пожалуй, всё же собрата по вере. Схваченный с поличным лоассец слишком ненавидит всех мундиалитов, чтобы кого-то выделять. Дай белолобому нож, он саданёт первого попавшегося и бросится наутёк, чтобы, отлежавшись, взяться за старое. Капитан Арбусто не ушёл бы, не уверившись, что с братом Хуаном покончено, а сегодняшняя «услуга» бросила в кошелёк вражды ещё один реал. Дай Господи, не последний.
Инкверент учтиво поклонился капитану Протекты и лишь потом в очередной раз вспомнил, что духовной особе дворянские манеры не пристали. В ответ на неуместную изысканность яростно сверкнули чёрные глаза – Арбусто увидел в поклоне очередную издёвку, ну и пусть его.
– Надеюсь, наша скромная помощь пришлась кстати. – Хайме поклонился снова, на сей раз осознанно. Лицо капитана перекосила гримаса, напомнившая о зубной боли. В Миттельрайхе говорят, что ненависть подобна дубу, ибо вырастает из маленького жёлудя и закрывает небо. Правильно говорят.
– Благодарю, благочестивый брат, – старый враг уже овладел собой, – разоблачив лоасского негодяя, вы нам очень помогли. Я надеюсь в самом ближайшем будущем вернуть долг вместе с процентами. Разумеется, суадитскими[27]. Во сколько необращённых отравителей вы оцениваете этого хаммерианина?
– Видимо, следует исходить из количества жертв. – Хайме протянул руку придержать Коломбо, но тот отшатнулся, и дознаватель понял, что на его руках пороховая гарь. – На совести этого ублюдка четверо солдат, девушка-заложница, в которую так неудачно попали ваши люди, и все сгоревшие живьём на постоялых дворах. У вас есть на примете суадит, отправивший к праотцам столько добрых христиан?
– Жертвы отравителей и чернокнижников трудней сосчитать, соответственно и разоблачение преступников требует не только удачливости, но и размышлений. Волка выследить легче, чем змею. – Арбусто оскалился, простите, улыбнулся и поправил шляпу. Он всё ещё сдерживался, но разговор следовало заканчивать. Инкверент и капитан Протекты не дворянские недоросли, приехавшие в столицу, дабы вдоволь напетушиться.
– Без сомнения, сын мой, – проявил голубиную кротость Хайме. – Желаю вам успеха в борьбе с врагами короны вообще и в поисках дона Диего в частности. Поскольку данный преступник не змея, но волк, вряд ли вам потребуется много размышлять. Я же со своей стороны приложу все усилия, чтобы облегчить вам и эту задачу. Сержант Гомес, благодарю вас и ваших людей. Святая Импарция ценит ум и мужество.
А теперь повернуться и уйти, не дожидаясь ответа. Криков не будет – Арбусто слишком умён, чтобы позволить над собой смеяться каким-то альгвазилам. Он затаит ещё немного зла, но ударит лишь наверняка, а ждать в Протекте умеют.
