Я почувствовала, как мой желудок сворачивается в тугой узел.
– Но ведь мы и так это знали.
– Так-то оно так, – согласился Сцинк. – Но теперь, когда дневник попал в полицию, копы считают, что ее отец мог что-то пронюхать и… и сделать что-то такое, чтобы заставить Лорен молчать.
– Его уже арестовали? Допросили?
– Нет, – сказал Сцинк. – В том-то и дело. Они… не могут его найти.
– Не могут найти?!
– Да. Похоже, чувак ударился в бега.
– Испугался ответственности?
– Типа того. Нет, я понимаю, почему он решил скрыться, но все-таки странно…
– Что именно тебе странно?
– Во-первых, он исчез за день
– Да, – согласилась я, – это действительно странно.
– Не могла бы ты… ну, в общем, послать своей сестре мейл?
– Сцинк, я…
– Пожалуйста, – попросил он.
– 5 сентября 2019 г. —
Воздух недвижим, но кажется, будто он потрескивает от напряжения. Закат полыхает многоцветными красками. Но нам не нужен свет, нам нужна темнота, и мы ждем.
В сентябре темнеет быстро, и вот на землю опускается темнота. Но мы продолжаем ждать. Наши сердца бьются в унисон, клыки и когти остры.
Она готова.
Готова сделать последний шаг по выбранному пути, чтобы преображение завершилось.
Смерть – обязательная часть нового рождения.
Этому научила меня бабушка. И это – часть моей собственной истории.
Смерть и жертвоприношение.
При мысли об этом я ощущаю странную легкость и головокружение. Мое сердце в исчерченной шрамами груди бьется часто-часто, пока я наблюдаю, как гаснут последние лучи и бледнеют краски.
Я знаю, что должно случиться, и это знание заставляет меня вибрировать, как провод под напряжением.
«Скоро, скоро, скоро», – бубнят в ушах боги.
Очень скоро круг замкнется.
– Он приходит в себя, – шепотом говорит девочка, и я испытываю возбуждение и восторг при мысли о том, что будет дальше.
Она улыбается привязанному к железной кровати мужчине.
– Привет, па!..
Он моргает, не в силах сконцентрировать взгляд на ее лице. Наконец на его лице появляется выражение глубокого изумления. И страха.
– Лорен?! Какого черта?!..
Но она уже не Лорен.
Она высоко поднимает нож.
В эти мгновения она прекрасна: глаза сверкают, зубы оскалены, изо рта вырывается вой.
Она осознала свою истинную суть.
Трансформация завершается, и пути назад нет.
Только когда мы прибрались и приготовились к отъезду, я заметила мейл Лиззи и написала коротенький ответ.
Я знала, что рано или поздно она снова отправится на охоту. Возьмет след.
И это заставляет меня трепетать от восторга. Снова, как в детстве, мы будем играть в кошки-мышки: я буду бежать, она – догонять. «Поймай, если сможешь!» Нас будет притягивать друг к другу, отталкивать, снова притягивать, словно южный и северный полюса двух магнитов.
Мы сильны и на многое способны.
Я и она.
Чудовище и охотник.
Когда-то мы были сестрами, но связывало нас не кровное родство, а нечто более глубокое.
«У тебя хорошее сердце, Виолетта Хилдрет!» – часто повторяла бабушка, и она была совершенно права.
