Детишки в доме на холме полностью

Бо́льшая часть книги была посвящена одной семье из Северо-Восточного округа Вермонта, которую профессор Хикс назвал «Темплтонами». Различные схемы и диаграммы наглядно иллюстрировали всю их семейную историю на много поколений. Среди Темплтонов было огромное количество людей, которые попадали в тюрьму за насильственные преступления, проституцию, азартные игры и появление на улице в пьяном виде. В отдельной таблице были перечислены все «слабоумные» и все «клинические случаи» в каждом поколении, в особой графе указывалось, какое количество детей были незаконнорожденными. Профессор Хикс также приводил график, который показывал, какие средства от десятилетия к десятилетию штат тратил на оказание Темплтонам материальной помощи, на расследование их преступлений, на содержание их в местах заключения и на медицинское обеспечение тех из них, кто был признан слабоумным и психически больным или отличался каким-либо физическим уродством, не позволявшим им жить в домашних условиях.

«Как следует из приведенного графика, – писал профессор, – расходы общества на содержание членов семьи Темплтон растут почти в геометрической прогрессии по мере того, как они беспрепятственно передают из поколения в поколение свои уродства, пороки и болезни. Пример этой семьи неопровержимо доказывает, что безумие, идиотизм и склонность к насилию являются наследственными признаками.

С нравственной точки зрения должно быть совершенно очевидно, что семьи, подобные Темплтонам, являются тяжким бременем для нашей системы здравоохранения, социального обеспечения и правосудия. И забота об интересах общества в целом делает принудительную стерилизацию совершенно необходимой и оправданной».

Принудительная стерилизация…

Ви немного выждала, чтобы это словосочетание, чем-то похожее на клубок колючей проволоки, улеглось в голове.

Она знала, что такое стерилизация. Кошек и собак возили к ветеринару на «операцию», чтобы они не могли производить щенков и котят.

Профессор Хикс хотел делать то же самое с людьми.

А может, даже и делал…

При мысли об этом Ви затошнило.

Какой врач способен на такое?

Она немного посидела неподвижно, потом открыла последнюю страницу, где профессор Хикс перечислял всех, кто помогал ему в работе над книгой. Взгляд ее сам собой выхватил строки:

«…Я бесконечно признателен моей замечательной ассистентке Хелен Элизабет Хилдрет, чьи исследования и практическая работа стали для меня поистине бесценным источником материала. Я уверен, что она станет превосходным врачом и пламенным сторонником нашего общего дела».

Стены комнаты начали медленно вращаться, и Ви опустила голову на столешницу и закрыла глаза, пытаясь прекратить это кружение.

Бабушка, которую она знала, все свое время отдавала помощи людям. Но разве не того же самого, пусть и по-своему, хотел профессор Хикс?.. Разве он не считал, что, запретив членам семьи Темплтон производить детей, он тем самым помогает всем остальным?

Принудительная стерилизация… Ви вспомнила, что́ она когда-то читала о нацистах. Они тоже считали, что на земле существует только одна высшая, избранная раса, а все остальные народы должны быть уничтожены – расстреляны, задушены газами, сожжены в печах.

Ви оторвала голову от стола.

За окнами тревожно кричала сова – Ху-ут, ху-ут, ху-ут!

Не сова.

Эрик.

Он подавал ей сигнал.

Сердце в груди Ви подпрыгнуло. Она резко выпрямилась. Затолкала книгу обратно в ящик и торопливо забросала скопившимися там безделушками. Заперла замок и спрятала ключ на прежнее место. Встала. Задвинула стул под столешницу.

– Ху-ут, ху-ут, ху-ут!..