Я сидела за столиком перед коттеджем и допивала вторую бутылку пива, когда в поле моего зрения появился Сцинк. Он шагал ко мне с крайне виноватым видом, и я убрала зажигалку, камень и записку в карман.
– Привет, – сказал он, останавливаясь напротив меня.
Поразительно! Как ему вообще хватило смелости показаться мне на глаза?!
– Твой отец – полицейский, а сказать мне об этом ты забыл?
Он опустил голову и пожал плечами.
– Констебль, – пробормотал он себе под нос.
– Что-что?
– Он местный констебль. Это совсем не то что настоящий полицейский[21]. Я имею в виду… Днем отец работает – возит туристов на рыбалку и все такое. Как констебль он только выдает людям разные справки, разносит уведомления тем, кто не заплатил налоги, и делает предупреждения, если у кого-то слишком шумно.
– Вел он себя, во всяком случае, как настоящий коп, – сказала я. – Он потребовал, чтобы я перестала расследовать исчезновение Лорен и не разговаривала о нем с местными.
– Я бы на вашем месте не особенно беспокоился, Лиззи. Да, папа порой выглядит довольно грозно, но никакой реальной власти у него нет. У него даже нет пистолета и наручников тоже нет. Если в поселке случается что-то действительно серьезное, он звонит в полицию штата. Он даже арестовать вас не может!
– Спасибо, ты меня утешил. Твой отец не станет меня арестовывать – он просто позвонит в полицию штата, правильно? – Я покачала головой. – Не могу понять, зачем ты рассказал ему, что я приехала охотиться на монстров.
– Ну, мне, типа, пришлось.
– Зачем ты уговорил его посмотреть «Монстров среди нас»?
Сцинк снова пожал плечами.
– Я просто показал ему пару эпизодов, чтобы он знал, что вы занимаетесь серьезным делом.
Я только головой покачала.
– Не могу поверить, что Зои проболталась! – сказал Сцинк. – Она выложила ему все, и отец здорово разозлился. Он сказал, чтобы я держался подальше и от вас, и от Алекса с девчонками.
Что ж, подумала я, по крайней мере в одном мы с констеблем солидарны.
– Ну и что тогда ты здесь делаешь? – раздраженно спросила я.
– Я пришел спросить, ходили ли вы к Лунной заводи. Вы ведь были там, верно? Вы что-нибудь нашли?
– Ничего. Я туда ходила, но не видела ничего, кроме мусора и окурков.
Рассказывать ему о зажигалке я ни в коем случае не собиралась. Большей глупости я бы сделать не могла.
Бред? Бред.
– А вы проверили дупло? Вдруг Лорен оставила там записку или еще что-нибудь? Какую-то подсказку?
– Да, я проверила дерево, но в дупле ничего не было – ни записки, ни сигарет, ни травки. Если Лорен там что-то и держала, она это забрала.
Похоже, курсы актерского мастерства, которые я очень недолго посещала в юности, все же чему-то меня научили. Во всяком случае, эта моя реплика прозвучала на редкость убедительно.
– И что? Теперь вы тоже считаете, что она просто убежала из дома? – Сцинк обвел меня разочарованным взглядом.
– А сам-то ты как думаешь?..
Я глотнула еще пива. Делиться своими соображениями и гипотезами с этим парнем – сыном копа – я больше не собиралась.
Сцинк придвинул к столу легкий пластиковый стул и сел. Потом покосился на упаковку пива, словно ожидая, что я предложу ему взять баночку.
– Вы, наверное, снова пойдете к заводи? Я мог бы пойти с вами – постоять на стреме и все такое.
Я рассмеялась. «Ну ты и нахал!» – хотелось мне сказать. А еще мне хотелось сказать ему, чтобы он проваливал и не возвращался.
– Нам придется соблюдать осторожность, – добавил он. – После того как кто-то устроил в башне пожар, отец патрулирует заповедник чуть не каждую ночь.
При этих словах меня как будто что-то кольнуло.
– В башне? – переспросила я, вспоминая текст записки.
Слова «Мертвые – мертвы» были цитатой из фильма «Невеста Франкенштейна», который мы с сестрой смотрели в кинотеатре для автомобилистов много лет назад. Герой произнес их, прежде чем потянуть за рычаг и взорвать башню.
Башню…
Может ли быть, чтобы монстр прятался в
– Что за башня? – спросила я, сдерживая охватившее меня волнение.
