Какая сила перечеркнула прежнюю беспокойную, но понятную и вполне благополучную жизнь дочери древнего рода и с чего это началось? Со свиста ледяной вьюги или пуль в пустыне? А может, с неожиданной заботы сурового незнакомца или с сумасшедшего запаха кофе в маленьком доме на окраине Весны? Или судьба и раньше сворачивала именно сюда, но этого никто не заметил? Пласт времени сдвинулся. События скользнули с незыблемой, казалось, скалы бытия, и никто теперь не сможет предугадать, куда принесет Каррию Огнец эта слепая лавина.
Когда ты умрёшь, я не стану валять дурака.
Мой главный нерв продет в иглу, предельно обнажён.
До Весны четыре километра. Так показывал навигатор на запястье. Даже если пробегу их мастерским спринтом, не отвлекаясь на грядущую пургу, — выйдет не меньше часа. И обратно ещё столько же. При условии, что смогу найти помощь. Возможно. Только вот не бегаю я спринты.
Шторм приближался. Если не успею, их уже вряд ли найдут. Маячков ни у кого из нас не было. В голову не могло прийти, что здесь, в холмах, это потребуется.
Весна была почти на горизонте. Я видела ровную структуру посёлка в серой, взлохмаченной завеси вдалеке. Солнце заволокло грязью, и почти угольные космы гнало прямо на меня.
И на Мэрин с Робом.
Они там одни, и, если не справлюсь, шторм завалит их и Роб… Думать об этом не моглось.
Вкус крови во рту, и дыхание давно сбито. Я спешила.
Под холмом появилось различимое движение. Думала, показалось, но мираж быстро обратился приближающимся объектом. И расстояние между нами всё заметнее сокращалось.
Я ускорилась. Здесь, в холмах, мы были впервые. Новый маршрут и непроверенный фарватер стоили Робу сломанной ноги. А мне… этот камень, который я прямо сейчас не заметила под снегом… о-о-о.
Снег был везде. За шиворотом, во рту и носу, царапал лицо и забился под куртку, истаивая и мокро холодя спину. Я застонала тихонько, пытаясь пошевелить руками и ногами. Подвижность была почти безболезненной. Но и это ничего не значило совершенно. Был такой опыт уже, к сожалению. Голова. Снова о-ооо. Кажется, я ударилась головой. Тогда, конечно, спасибо, что жива.
Но Мэрин! И Роб. Я попыталась подняться. Выходило плохо.
Жужжание услышала сразу. Отмахнулась. Качаясь, закопалась коленями в сугроб.
Снегоход поднимался медленно, осторожно пробуя дорогу. Попыталась встать. Машина тут же будто заглохла.
— Не шевелись, — крикнули снизу. — Стой на месте!
Пожала плечами. Я и встала-то только потому, что лежать, когда мимо тебя ходят и ездят незнакомые люди, как минимум неприлично. Расставила пошире ноги и застыла, ожидая, когда незнакомец приблизится.
Упакованный в чёрное вилларийское снаряжение с очень серьёзной степенью защиты мужчина отчего-то медлил. Нас разделял десяток ровных, подёрнутых волнами снежной глади метров. Наконец, сдвинул вверх очки, открывая лицо и тёмные, колющие глаза.
— Что нужно? — коротко то ли спросил, то ли скомандовал он.
— Сестра с мужем в километре отсюда. У Роба нога сломана. Нужна помощь, — вторя тону незнакомца и почти не запинаясь, живо рапортовала я.
На мгновение прищурился, кивнул.
— Осторожно поднимаешь правую ногу, разворачиваешь корпус на запад и делаешь шаг как можно дальше. Давай!
Я подчинилась. Выполнила требуемую фигуру и застыла в чудовищно неприглядной позе.
— Теперь очень плавно освобождаешь левую, шагаешь точно так же и быстро съезжаешь. Действуй!
Инструкции были изложены великолепно. Сразу после того, как я оттолкнулась, за спиной послышалось гулкое кряхтение. Обернулась коротко, как раз чтобы увидеть. Снежное полотно в том месте, где я только что стояла, треснуло и поползло вниз, обнажив отвесные двухметровые камни. С глухим ударом ухнуло, взметая снежные комья вверх.
Я криво улыбнулась — повезло — и направилась к незнакомцу.
— Благодарности после, — оборвал меня строго. А я, собственно, только собиралась сказать, где искать Мэрин. А о благодарности почему-то и не подумала вовсе. — Не до них сейчас, — озвучил мои мысли незнакомец и придавил пристальным взглядом серо-синих глаз. — Двигаешься по моему следу. До Весны километра четыре. Торопись. Буря близко.
— Знаю. — Взгляд выдержала, но всё-таки сглотнула. — Мэрин…
— Найду по твоей лыжне. Бегом, марш!
И всё. К тому моменту, как я захлопнула рот, он был уже над теми камнями, что могли стоить мне если не жизни, то здоровья наверняка.
Фыркнула в сторону. Тоже мне. Бегом. Нет, спасибо, конечно, но что он думает, я сама не понимаю, что бегом?! И, дрэк его побери, всё-таки надо было вернуться с ним за Мэрин. Он, конечно, помог мне и знает эти места определённо, но… Дрэк-дрэк-дрэк! Роб сейчас плохой защитник.
Нет. Нельзя так думать. Бабка жизнь положила, вдалбливая семье: что думаешь, то и получаешь. Буду думать о хорошем. Послали же нам предки помощь! Не оставили же! Хоть и странно, что просто так не отпустили… Или это Роб им не понравился? Он вообще был не в восторге от этой поездки. Но Мэрин настояла. Она давно хотела. А я навязалась за компанию, из чистого любопытства. Благо три дня праздничных выходных девать было совершенно некуда.
Посещать родовой замок всегда в нашей семье было дурной приметой. Но, движимое какой-то неведомой силой, каждое из следующих поколений из немногочисленных, давно разбросанных по миру потомков устремлялось сюда так или иначе.
