Мы видѣли, что много незаконнородившихъ дѣтоубійцъ дѣйствуютъ въ истерикѣ, въ умопомѣшательствѣ и т. н. состояніяхъ невмѣняемости. Но если даже такая женщина и можетъ управлять своими дѣйствіями, если она не до такой степени больна, чтобы не могла удержаться отъ преступленія, то ее окружаетъ иногда такое сцѣпленіе побудительныхъ обстоятельствъ къ совершенію дѣтоубійства, что она необходимо дѣлается если не виновницею, то, по крайней мѣрѣ, соучастницею преступленія. Такія обстоятельства мы находимъ, напр., въ убійствѣ дѣтей, являющихся плодомъ кровосмѣшенія. Этотъ видъ разврата довольно распространенъ въ низшихъ слояхъ европейскаго общества, гдѣ жилища такъ тѣсны, развращенностъ такъ сильна, что братъ легко соблазняетъ сестру, свекоръ невѣстку, вотчимъ падчерицу, отецъ дочь. Представьте себѣ, что отъ такой связи рождается ребенокъ и связь, слѣдовательно, открывается. Это вноситъ въ семейство несравненно больше раздора, чѣмъ обыкновенная преступная связь, на которую часто родные смотрятъ даже благосклонно. Сами виновные стыдятся своего поступка несравненно сильнѣе, чѣмъ простого прелюбодѣянія. При этомъ, въ одномъ семействѣ не одинъ, а два виновныхъ, не одна, а двѣ воли, наклонныя и стремящіяся къ преступленію. Наконецъ, множество дѣтей, являющихся плодомъ кровосмѣсительной связи бываетъ идіотами, уродами, больными, -- слѣдовательно, мало возбуждаетъ къ себѣ любви и состраданія: если бы они и остались жить, то жили бы только на муку и себѣ, и другимъ. Приводимъ здѣсь одинъ такой случай изъ французской юридической практики.
Дѣло было въ 1866 году, въ департаментѣ Верхнихъ Пиринеевъ. Обвинительный актъ содержалъ въ себѣ слѣдующее: "Пьеръ Порталъ живетъ въ Либаросѣ съ женою своею Маріею Анти, пятнадцатилѣтнимъ сыномъ и незаконною дочерью Анти, Магдалиною. Эта послѣдняя уже нѣсколько лѣтъ живетъ въ услуженіи у землевладѣльца сосѣднихъ приходовъ и часто посѣщаетъ свою мать и ея мужа, съ которымъ, какъ говорили, она была въ преступной связи.-- Прошлымъ лѣтомъ пронесся въ Бетнокрѣ, гдѣ она тогда находилась, слухъ объ ея беременности. Хозяева ея, взволнованные этимъ, просили 23 іюня младшаго лекаря освидѣтельствовать ее. Лекарь нашелъ несомнѣнные признаки четырехмѣсячной беременности. На другой день ей было отказано и она вернулась въ Либаросъ, гдѣ всѣ замѣтили ея болѣзненный видъ. Предшествовавшая молва объ ея беременности стала болѣе до стовѣрною. Къ концу августа уже никто не сомнѣвался въ ея положенія. Черезъ нѣсколько дней стали говорить, что она родила, и съ первой же минуты общественное мнѣніе подозрѣвало преступленіе. Порталь и Магдалина долго запирались: сначала они говорили о большой потерѣ крови, потомъ о мертворожденномъ ребенкѣ, котораго Порталь унесъ и спряталъ сперва въ хлѣвъ, а потомъ въ дупло каштановаго дерева. Когда Порталь указалъ въ рощѣ это дерево и его разсѣкли топоромъ, то между обломками нашли три маленькія косточки, которыя по изслѣдованію эксперта, признаны косточками ребенка,