— Не хнычь! — впервые очень строго сказал Зет. — Нам действительно нужно подумать, какие ошибки мы совершили и как их исправить. Первая — это приземление. Мы исправляем ее тем, что увеличиваем скорости разгона. Значит, время, которое мы потратили на торможение и прогулки по Голубой Земле, будет возмещено. Ошибка вторая. Взяли пассажиров…
Все при этих словах покосились на Зета с хитрым интересом: как он выкрутится?
А Юрий посмотрел обиженно и даже несколько тревожно.
«Незачем было приглашать, если знаешь, что делаешь ошибку, — это раз. А два… Что ж, два… Не высадят же они меня посредине космоса?»
Наверное, Зет угадал мысли Юрия, потому что он еле заметно улыбнулся и продолжил:
— Исправить эту ошибку невозможно — назад не вернешься, из корабля наших гостей не выбросишь. И потом, золотое правило нашей Земли — гостеприимство.
— Здесь — больше, — вмешался Миро. — Здесь передача знаний. А это прямо записано в кодексе космонавта…
— Что это за кодекс? — перебил Юрий.
— Правила поведения космонавтов. И в этом кодексе записано: «Всемерно способствовать передаче знаний местным жителям, при условии, если они не пойдут им во вред. Получать знания от местных жителей — вторая обязанность космонавта».
— Ну вот, — вмешался Зет, — если подумать как следует, то окажется, что второй ошибки, в сущности, нет. Ведь мы не только взяли с собой товарища, чтобы передать ему наши знания, но и в какой-то степени спасали его от неприятностей…
— Ну, это как сказать, — усмехнулся Квач.
— Ладно… Я согласен. Но все равно особой ошибки в этом я не вижу. Юрий сам решил лететь с нами. Мы его не заставляли и не принуждали. Верно?
— Факт…
— Значит, вторая наша ошибка не очень и ошибка. Если бы не белки. Вернее, не исчезающие запасы питания…
— Я не вижу связи между гостями и питанием, — задиристо сказал Квач.
— А я вижу… к сожалению, — ответил Зет. — Стоит только посмотреть на Шарика, и каждый поймет, куда ушли продукты.
Зет взглянул на товарищей. Ему очень не хотелось, чтобы кто-нибудь подумал, будто он жалеет продукты. Но факт оставался фактом, и он говорил о нем.
— Впрочем, мы так и не знаем истинного положения с продуктами, — поправился он. — Контролирующие роботы не доложили о результатах проверки. Миро, попробуй заняться.
И пока Миро, кряхтя от напряжения, щелкал тумблерами, Тэн задумчиво спросил:
— Скажи, Юра, у вас на Земле бывали такие случаи?
— Какие?
— Ну вот когда… живое существо вдруг ни с того ни с сего начинало невероятно расти?
Юра задумался и решительно ответил:
— Я такого не видел. И не читал. Я тоже не могу понять, что произошло с Шариком. Может, космические облучения? Или какая-нибудь особая космическая болезнь?
— Нет. Облучений нам бояться нечего — защита надежная. Болезней таких тоже нет. Тут что-то другое.
Все опять помолчали, и Зет задумчиво произнес:
— Ведь Шарик, кажется, понимает наш язык?
— Похоже. Но ведь он не может говорить. Для разговора у него не приспособлен язык.
— Послушайте! — обрадованно воскликнул Зет. — Послушайте!
Но ему не удалось окончить: металлический голос робота ворвался в помещение. Он звучал ровно, размеренно и оттого не очень приятно:
«Повторная проверка продовольствия показывает, что запас молекул животных белков, жиров и частично углеводов доведен до критического. И тем не менее их расходование продолжается. Хотя запасы витаминов, растительных белков и гормонов несколько выше, но даже введение в действие химических синтезаторов не обеспечивает выполнение расчетной программы».
Космонавты тревожно переглянулись.
«Таким образом, — продолжал робот, — общий анализ запасов показывает, что команде необходимо как можно скорее принять меры для их пополнения, так как соотношения компонентов не позволяют продолжать полет».
— Вот это да! — вздохнул Миро. — Такого, кажется, еще не бывало ни в одном полете.
— Влипли! — коротко отметил Квач.
«Однако следует принять во внимание, — робот сделал паузу, — что в результате работы анализаторов установлено, что тот продукт, который был предложен для анализа и размножения, исследован. Выявлены его высокие питательные качества. Группа анализирующих и запоминающих машин отмечает, что рецепта такого продукта питания не отмечалось ни в одном из космических путешествий, и, следовательно, посадка на Голубой планете для приобретения этого рецепта вполне оправданна. Анализаторы приступают к размножению дрожжевых грибков, способствующих созданию этого продукта из растительных белков. Возможно, команда сможет пользоваться этим продуктом, и тогда общее печальное положение с продуктами питания облегчится, хотя и не снимет опасности».
Раздался легкий щелчок, и роботы выключились. Космонавты переглядывались и не совсем понимали, что же это за продукт открыли анализаторы. И поскольку все новое с неизвестной планеты могло прийти либо с Шариком, либо с Юрием, все смотрели на Юрия. Он тоже думал, потом все вспомнил и завопил:
— Хлеб! Анализаторы изучили хлеб! Мы можем изготавливать в космосе хлеб.
— Какой хлеб? — недоуменно спросил Тэн. — При чем здесь хлеб?
— Ты помнишь, когда мы создавали землянику? — все еще кричал Юрий.
