Из рассказа Электроника было ясно, что он зря проделал большую работу. Он точно установил, что за последние 900 лет во всех энциклопедиях мира названы гениальными 29 771 человек. Следовательно, в среднем на каждый год приходилось 33,7 гения в той или иной сфере деятельности общества. Изучение многих тысяч жизнеописаний великих людей повергло Электроника в растерянность. Среди них он не нашел ни одного точно сформулированного приема труда, который помог бы ему преодолеть барьер механического счета, ни одного математического знака, обозначающего рождение гениального творения.
— Формула гениальности? — пробормотал Сергей. — Вот будет здорово, если ты ее выведешь!
Электроник покачал головой.
— Этой формулой пользуются только люди. Но ее нигде нет… Наверное, я должен изучать самого человека, чтобы понять, как он мыслит.
Сыроежкин искренне обрадовался выводу:
— Изучай, Электроша! Начинай сейчас же, начинай с меня. — Он приосанился. — Задавай любые вопросы! Не стесняйся.
— А как изучать человека? Какими средствами? — спросил друг.
Сергей задумался.
В самом деле, как изучать его, Сыроежкина, когда он сам не знает, чем живет сейчас и что захочет ровно через минуту? Иногда он думал: кто он такой, Сергей Сыроежкин? И представлял свое лицо, будто смотрел в зеркало. А если взглянуть поглубже? Как он, например, думает? Ясно, что в эти минуты внутри него работают какие-то сложные механизмы памяти, и он привычно ими управляет. Но как они действуют, как он, Сыроежкин, управляет собой и в чем заключается формула гениальности человека, которую ищет Электроник, он не представлял.
— На многие серьезные вопросы нет еще ответа в книгах, — сказал Электроник. — В частности, о твоем бешеном вирусе.
— Каком еще вирусе?
— Когда ты бледнеешь или краснеешь.
— Это все вранье про вирус, — признался Сергей. — Просто я волнуюсь, когда слышу о ней. Говорю тебе одному.
Сергей схватил со стола лист, прочитал свои стихи.
— Это я для нее сочинял, понимаешь? Изучай меня, изучай!
Электроник оценивал полученную информацию.
— Прочитай еще стихи, — неожиданно попросил он.
Сергей удивился, но начал читать, вспоминая то, что он учил. Сначала робко, вполголоса, потом более уверенно, даже с выражением. Электроник застыл неподвижно: он впитывал в себя незнакомые звуки и словосочетания.
— Поэты сжато и точно передавали важную информацию, — сказал Электроник, когда Сергей умолк. — Мне кажется, поэты, художники, музыканты знают то, что я ищу.
Сыроежкин догадывался, что в схемах Электроника идет сложная борьба, что он принимает важное решение.
— Я вспомнил слова Ньютона, — скрипуче сказал Электроник. — Он представлял себя маленьким мальчиком, который играет на морском берегу в камни и ракушки, в то время как перед ним лежит великий непознанный океан истины… Океан истины — это очень много для одного человека. А я даже не человек.
— Я — человек! — уверенно сказал Сергей. — Не бойся. Мы вместе откроем эту формулу. Ты спрашивай меня, спрашивай!
— Хорошо. Ответь, как ты понимаешь прекрасное?
Сыроежкин задумался…
— Сразу видно, что ты новичок, Электроник, — сказал Сыроежкин, входя в класс. — Еще никого нет, а учитель на месте.
Он положил портфель на парту, с удивлением уставился на доску. Вместо обычной классной доски светился огромный, почти во всю стену, экран.
— Что это, Электроник?
— Мое рационализаторское предложение, — спокойно сказал новый учитель. — Доска новой конструкции.
Экран показывал распахнутые двери школы, идущих с портфелями ребят.
— Классное изобретение! — похвалил Сергей.
— Специально для нашего класса, — подтвердил Электроник.
— Значит, не надо больше царапать мелом. Смотри, изучай и делай выводы, — предположил Сергей.
— Мы можем подключаться к лабораториям, телевидению, вычислительному центру. Честно говоря, это не мое изобретение. Я видел во многих институтах, как профессор читает на кафедре лекцию, а студенты видят и слышат его за сотни и тысячи километров.
— Ты — лучший в мире учитель! — похвалил друга Сергей. — Таратар будет доволен тобой. А другие классы умрут от зависти! Между прочим, к нам будут ходить на экскурсию… — Он показал на доску. — Смотри! Вот спешат мальки из младших классов!.. Торопятся первоклашки. А академики из десятых не спешат. Они даже не знают, что у нас такое изобретение. Сейчас покажутся наши…
