Девушка вздохнула и отошла к столу, заваленному срочными материалами. Хотя офис в Шрёдингере подходил для королевских занятий гораздо лучше, Никки часто приходилось работать в её колледжской комнатке, где помещались ещё и кровать, кофейный столик и два кресла. Комната занимала один из секторов верхнего этажа Башни Леопардов, и огромное закругляющееся окно открывало превосходный вид на лес и Северное озеро. К противоположной стене комната сужалась и переходила в отделение с душевым отсеком, зеркалом и кофеваркой. Дальше — прихожая с платяным шкафом и дверью в кольцевой коридор, идущий вокруг центрального круглого холла с большим тивизором, диванами и лифтом. На этаже жили двадцать пять шумных второкурсников-Леопардов, но ни звука не доносилось в комнату Никки — изоляция комнат была превосходной.
Сейчас в кресле у низкого столика сидел седой благообразный господин — адвокат Дименс, который привёз столь важные вести, что решил не доверять их видеофону.
Он аккуратно отодвинул чашку с кофе и достал из портфеля плотный лист пластиковой бумаги. Торжественным голосом адвокат сказал:
— Спейс Сервис подвела итоги этого года, который был очень умеренным по выплатам из Страхового Фонда, и официально сообщает этим письмом, что общая сумма вашей премии за этот год составит… ШЕСТНАДЦАТЬ МИЛЛИАРДОВ ДОЛЛАРОВ! Первые пять миллиардов вы получили в течение октября-декабря, остальные одиннадцать будут доступны с третьего января — первого бизнес-дня нового года!
Никки глубоко вздохнула.
— Значит, вам всё удалось, — довольно сказала она. — ООН не сумела нам воспрепятствовать.
— Не сумела, — не менее довольным голосом подтвердил адвокат Дименс. — Хотя такие попытки и предпринимались, но мы их пресекли — при поддержке самой Спейс Сервис. Вы там пользуетесь авторитетом и симпатией.
— Мы с ними в одной лодке, — кивнула Никки и села на второе кресло. — Теперь давайте тратить наши капиталы.
Адвокат не ожидал такой быстроты и удивлённо поднял брови.
— Давно мечтаю сделать обучение в Колледже Эйнштейна бесплатным, — пояснила Никки. — Поэтому я хочу объявить, что любой, выдержавший экзамен следующим летом, получит от меня премию в полтора миллиона на первый год обучения, а также необходимые средства на остальные четыре года — по мере перехода на следующий курс.
Адвокат покачал головой:
— Семь с половиной миллионов каждому ученику, а всего их пятьсот… Это очень большие деньги!
Никки возразила:
— Часть студентов — принцев и вельмож, конечно, не будут нуждаться в моей помощи. Выплаченные деньги мы спишем с налогов как благотворительные расходы. Реально можно уложиться в сто миллионов в год.
— Конечно, это ваши деньги, и вы вправе тратить их как угодно. Но речь идет об очень больших суммах… — не удержался бережливый адвокат.
— Это не просто траты, — уточнила девушка и налила в чашки свежего кофе. — Это, скорее — инвестиции. Ведь такая акция станет широко известной и поднимет престиж династии. Студенты Колледжа — и их семьи! — получившие такую премию, станут нашими друзьями, что усилит политическое влияние династии. Кроме того, я прошу вас купить компании, выпускающие экзаменационные мониторы и пособия по поступлению в Колледж.
— Зачем? — удивился адвокат.
Никки вздохнула. Даже самым умным из людей иногда приходится объяснять очевидные вещи.
— Если обучение в Колледже станет бесплатным, то поступить в него захотят десятки миллионов подростков, и фирменных мониторов, используемых во время экзамена, потребуется множество. Прибыль от проката монитора — девяносто долларов. Сборники прошлогодних задач тоже будут популярны.
Адвокат широко раскрыл глаза.
— Вы можете окупить свою благотворительность во много раз! — сказал он удивлённым голосом.
— Почему бы и не заработать на хорошем деле? — пожала плечами Никки. — Если мы не получим эту прибыль, то её получат нынешние производители школьной электроники. Я вовсе не хочу им делать такие подарки… Как только вы купите обслуживающие Колледж компании, мы напишем директору Миличу письмо с предложением бесплатного обучения и обнародуем специальный пресс-релиз.
Адвокат задумчиво отхлебнул кофе и сказал:
— Несмотря на мой возраст, я многому учусь у вас, мисс Гринвич…
Дименс выполнил её просьбу очень быстро, и Никки стала владельцем «Эйнштейн Электроникс» и «Эйнштейн Пресс». Хотя первая компания была гораздо крупнее, обошлась она недорого — Дименс сказал, что её финансовые затруднения росли и владельцы были рады избавиться от акций проблемной компании. Как они будут жалеть о своём решении — и очень скоро!
