- Я слышала, её родители недавно развелись. Наверное, волосы ей отец раньше расчёсывал. - И на это девочка тоже не прореагировала. Она почти не ненавидела этих сплетниц. Они были непроходимо глупы, и девочка решила не тратить на них своё время.
- Элли, у тебя есть жвачка? - Теперь Элли пришлось поднять голову от тетрадки и посмотреть на подошедшую к её столу одноклассницу. Это была Мина, звезда класса, самая красивая, умная и активная в их потоке.
- Нет, - тихо ответила Элли. Ей совершенно не хотелось выставлять себя на посмешище.
- Никогда у тебя ничего нет, - высокомерно заявила Мина, отворачиваясь. Спрашивала она исключительно для того, чтобы унизить новенькую и показать свою власть. Элли это прекрасно понимала и ненавидела.
Первый урок был скучным, учительница рассказывала очередной параграф, почти дословно цитируя учебник, и что-то писала на доске. Дети послушно переписывали в тетради, стараясь не отвлекаться слишком сильно, хотя им это плохо удавалось. В класс ещё в самом начале урока залетел большой чёрный жук, и всё внимание детей было приковано к нему.
Он летал между партами, время от времени садясь на одну из них. Его басовитое гудение вплеталось в монотонный рассказ учительницы, и дети никак не могли оторвать глаз от чернильно-чёрного тела насекомого.
Элли старательно переписывала текст с доски, когда жук плюхнулся перед ней на парту. Он деловито прошествовал к тетради и попытался на неё взобраться. Девочка уставилась на пришельца, с удивлением рассматривая его блестящие надкрылья и толстые мохнатые лапки. Последние показались ей особенно отвратительными. Элли упёрлась ладонями в край парты и резко отодвинулась, чем невольно привлекла внимание учительница. А жук тем временем оставил попытки покорить тетрадь и направился к лежащему рядом яркому ластику.
- Элли! Ты могла хотя бы сделать вид, что слушаешь! - строго сказала учительница, нависнув над её партой. Испуганный взгляд ученицы вполне удовлетворил её жажду справедливости, ведь так смотреть мог только преступник, уличённый в своём злодеянии. В данном случае - в вопиющей невнимательности. - Что у тебя тут такого интересного, что может для тебя быть важнее урока?
- Он просто... - залепетала Элли, робко поглядывая то на учительницу, то на жука. В горле у неё пересохло, со всех сторон слышались смешки других учеников. Кого-то забавляло то, что она испугалась насекомого. Кто-то смеялся над невнимательностью учительницы, упорно не замечавшей нарушителя спокойствия целых пол-урока. - Страшный!
- Обычный жук, - брезгливо сказала учительница, беря двумя пальцами возмутителя спокойствия поперёк туловища. - Оставь свои детские фантазии за дверями класса в следующий раз. Такие жуки не опасны и даже не интересны.
Учительница спокойно подошла к открытому по случаю жары окну и посадила насекомое на подоконник. После чего она невозмутимо вернулась к объяснению темы. Элли ещё некоторое время наблюдала за гудящей чёрной кляксой с безопасного расстояния, а потом попыталась вновь сосредоточиться на уроке.
Дом был пуст, в вечерних сумерках его наполняли только тени. Они тянулись острыми конусами и мягкими щупальцами, разрезая пространство, пятная пол и стены. Она шла, аккуратно ступая по чёрно-белой плитке в прихожей. Звука шагов не было, он растворялся в неподвижном воздухе, цепляясь за наползающую со всех сторон темноту. Но солнце всё ещё светило в застеклённую дверь, бросая жёлтые лучи как вызов грядущей ночи. Она старалась не касаться теней, оставаться на свету как можно дольше. Время ещё не пришло, день ещё не закончился, но тьма уже притаилась, она ждала, жадно поглощая всё новые и новые предметы.
Нижняя ступенька лестницы всегда скрипела, но в этот раз звука не было. Босая ступня бесшумно надавила на полированное дерево. Она не ощутила прикосновения, как не ощущала тепла от солнечных лучей. В этом призрачном доме были свои законы, и поддержки ждать было неоткуда. Здесь существовал лишь холод, обжигавший её, когда она по неосторожности касалась тени. Очень скоро всё погрузится в эту тьму, лишённую жизни и тепла. Хотя некоторая жизнь в этой тьме всё-таки была. Там, наверху, под кроватью, скрывался тот, кто ждал её и жаждал.
Она поднялась на второй этаж, не в силах противиться этой жажде. С каждой пройденной ступенькой в ней поднимался страх, переходивший в животный парализующий ужас. Но останавливаться было нельзя. Наконец она дошла до двери в спальню. Та была приоткрыта, на площадку перед ней падал косой луч солнца.
Петли не скрипнули, а может быть, она просто оглохла. Комната выглядела так же, как и всегда. Небольшой столик с зеркалом и разложенные на нём резинки для волос, платяной шкаф в углу, кровать по центру. К ней она и подошла на ватных ногах. Дышать получалось с трудом, воздух не желал протискиваться в сведённое судорогой ужаса горло. Руки тряслись, но остановиться она не могла - ей не позволяли. Без сил, задыхаясь от беззвучного крика, она упала на колени и впервые услышала что-то в полной тишине. Кто-то настойчиво звал её по имени: "Элли, Элли!".