— Немедленно свяжитесь с Джимом Хантом, — ско мандовал Бартлет полицейскому. — А потом позвоните Максу Банкрофту. Передайте им, что чудовища… на свободе.
Джим выехал на окраину города и теперь, разглядывая труп бакалейщика Снеллинга, покачивал головой. Ночь быстро опускалась на землю, и Джим страшился ее приближения. Как и Карл, старший помощник шерифа интуитивно чувствовал, что именно сегодняшней ночью распахнутся врата ада.
— Может, я чего недопонимаю, — заговорил, наконец, Джим. — Снеллинг был одним из милейших людей во всем округе. Собственно, так же, как и Ральф Гисон. Они же вроде не посещали енти растреклятые секты.
— Секты сатанистов! Дьяволопоклонники! — сердито фыркнул пастор Спеед. — Это всего лишь ваши байки! — Проповедник уже почти оправился после созерцания в доску пьяного Родейла, который еще и сквернословил в придачу.
Джим свирепым взглядом окинул пастора и, не в силах больше сдерживать своего презрения, открыл было рот, чтобы отбрить болтуна. В этот момент Джима срочно вызвали по рации.
— Шеф, Алиса Уотсон и та тварь, которую привезли полицейские из штата, сбежали из больницы. Они убили медсестру, помощницу Бартлета и скрылись в неизвестном направлении. Видимо, разгуливают где-то в городе.
— Сукины дети! — прохрипел Джим. Похоже, и его ангельскому терпению пришел конец.
— Что там случилось с этой девицей Уотсон? — надменно осведомился пастор, и глаза его заблестели от любопытства.
Джим выпрямился и, вздохнув, решил выложить проповеднику всю правду-матку. «Пусть кушает на здоровье, — решил старший помощник шерифа. — Лучше уж сразу в лоб».
— Уголовники, сбежавшие из тюрьмы, поймали ее и изнасиловали. Вскоре после этого девушка начала превращаться в странное чудовище, напоминавшее гигантскую ящерицу. Теперь Алиса уже и вовсе не похожа на человека. Но енто еще не все, духовный наш пастырь. Из лесов, которыми владеет Коннерс, мы привезли еще одну тварюгу. Нам казалось, что мы ее шлепнули. Но не тут-то было. Видать, существо это принадлежит аду. Обеих тварей пристегнули ремнями. Так они и лежали в больнице, накачанные снотворным. А теперь твари вырвались и, видимо, решили поохотиться. А с их жертвами наверняка произойдет то же самое, что и со старой леди Барстоу и браконьером, останки которых недавно обнаружили все в том же лесу.
Спеед рассмеялся прямо в лицо Джиму, а потом снисходительно похлопал его по плечу. Это не на шутку разозлило полицейского, а тут еще проповедник, видимо, решил наставить Джима на путь истинный:
— Дорогой мой, не мелите всякую чушь. Воображение завело вас в такие туманные дали. На свете не существует ни оборотней, ни зомби, ни прочей чепухи, которую нам ежедневно и ежечасно навязывает Голливуд по телевизору или в кино. Никто из ада на землю не возвращается, так что уж постарайтесь держать себя в руках. Вы ведете себя ну прямо как дитя малое, мистер Хант. — Спеед не переставал хихикать.
Джим несколько секунд словно изучал усмехающееся лицо пастора и вдруг, рассвирепев, так заехал ему кулаком в челюсть, что несчастный проповедник, как гигантская лягушка, плюхнулся в огромную грязную лужу рядом с дорогой и начал отчаянно размахивать руками.
— Целых пять лет я только и мечтал об ентом моменте, — радостно возвестил Джим. — Черт возьми, а на душе-то как легко сразу стало!
— Я подам на вас в суд! — верещал Спеед, дрожа от ненависти.
Особняк Ди был теперь буквально облеплен кошками. Кишела ими и крыша. От крошечных до гигантских представителей самых разных пород и окрасов, эти зверьки уже расселись на крыльце, а также у парадного и у черного входа. Звук их яростно скребущих по дереву и стеклу когтей сводил с ума обитателей дома.
Спесь мигом слетела с журналистки, и теперь Соня, забыв о достоинстве, истерично рыдала. Ужас липкой и костлявой лапой схватил ее за горло и полностью завладел разумом.
— Следите за окнами, — как можно спокойней приказал Карл. — Стекла здесь двойные, так что этим тварям вряд ли удастся проникнуть сюда через окна. А уж наваливаться на них общей массой, чтобы выдавить стекла, кошки как пить дать не догадаются, — заверил всех Карл, а про себя добавил: «Во всяком случае, только и остается на это рассчитывать».
— Но их там тысячи, просто полчища несметные! — взвизгнула Бекки, также находившаяся на грани истерики.
— Не тысячи, а всего несколько сотен, — поправил ее Карл. Но чтобы возразить, ему пришлось изрядно напрячь голосовые связки, ибо непрерывный кошачий вой заглушал теперь все остальные звуки.
И тут Сюзи, указывая дрожащей рукой на дверь, дико завизжала.
В щель между дверью и ковриком просунулось сразу несколько кошачьих лапок.
Ни один мускул не дрогнул на лице Карла. Он спокойно приблизился к двери и принялся хладнокровно давить ногами лапы. Снаружи донеслись кошачьи вопли, и лапы тут же убрались назад.
Тогда кошки начали кидаться на двери — сразу с обеих сторон особняка. Их тела глухо ударялись о массивные двери, но те оказались не под силу кошкам.
