Ник не счел нужным задавать лишние вопросы. Ему с полуслова было ясно, как именно надо разбираться со сбежавшими преступниками. Ник попросил:
— Мне бы хотелось взглянуть на это зрелище. Можно?
— Тогда поднимайся. Надо еще подготовиться к сегодняшней ночи.
— Ну, и куда мы сейчас двинем? — полюбопытствовал Ник, когда они подходили к машине.
— Понятия не имею. Думаю, что теперь это уже не имеет особого значения. Мне почему-то так кажется. Ты врубаешься?
— Да. И мне тоже так показалось сегодня утром. Он скользнул взглядом по дому, что стоял напротив. Там обитала пожилая супружеская пара, которая предпочитала держаться подальше от такого соседа, как Ник Джемисон, и жила с постоянно задернутыми шторами. Старики неоднократно обращались в полицию с жалобами на Ника, который то и дело заводил чудовищную громкую музыку, и в свое время их бурная деятельность доставила Нику кучу неприятностей.
— Ты давай, валяй по своим делам, — вдруг передумал Ник. — А я тут еще маленько поразвлекаюсь.
Вэл лишь ухмыльнулась и сразу же стала похожа на кобру, готовящуюся нанести смертельный укус.
— Мне кажется, Ник, наступили наконец такие денечки, когда можно делать все, что вздумается. Так что развлекайся и ничего не бойся.
Он сузил глаза:
— Прямо все, что в голову взбредет?
— Ну, разумеется, любимый.
Вэл взглянула на дом и тут же заметила, как шторы чуть-чуть раздвинулись, и в образовавшейся щели мелькнуло лицо старика. Вэл тут же плюнула в его сторону и, повернувшись спиной к дому, похлопала себя по заднице. Шторы задернулись, а Вэл расхохоталась.
В этот момент из-за угла показалась полицейская машина. Водитель затормозил и выжидающе уставился на молодых людей.
— Спокуха, — предупредила Вэл. — Мы еще не потешились, а эта свинья уже тут как тут.
Полицейский заметил рукоятку пистолета, торчавшую у Ника из-за пояса. Он собрался было выйти из машины, и тут ему припомнились слова Джима Ханта: «Ребята, пусть они начнут первыми. Если мы выживем, нам долго придется объяснять, что тут произошло и отчитываться за каждый свой поступок. Нам никак нельзя начинать первыми. Иначе они объявят нас провокаторами. Пусть действуют сами».
От Ника не ускользнуло замешательство полицейского. Наблюдая, как тот в нерешительности озирается по сторонам, Ник, усмехнувшись, проговорил сквозь зубы:
— Ну, что еще стряслось, козел? Неспокойно в городе, а? Ну и что, нравится тебе это, погань ты эдакая?
Но полицейский не отвечал и продолжал спокойно сидеть в машине. «Только попробуй сделать первый шаг, скотина, — думал он, кипя от негодования. — Только начни…»
— Пошли отсюда, — прошептала Вэл. — Тут сейчас соберется куча свидетелей. Ты посмотри, еще светло. Не надо.
— Ладно. Если не ошибаюсь, с тех пор, как Линда откинула копыта, ты у нас за главного? Тогда слушаю и повинуюсь.
Полицейский видел, как шевелятся губы молодых людей, но они говорили тихо, и он не сумел разобрать ни слова. Это разозлило его. Полицейский вышел из машины и, не в силах справиться с охватившей его яростью, схватился за кобуру.
— По-моему, он настроен весьма агрессивно, — заметила Вэл. — Он ведь и пальнуть может, как ты считаешь?
Полицейский остановился в нескольких шагах от молодых людей. Все же не решаясь подойти ближе, он переминался с ноги на ногу.
— Ну, что ты еще там задумал, козел? — огрызнулся Ник.
Полицейский открыл было рот, чтобы поставить на место этого мерзавца, но потом вспомнил предостережение Джима не связываться с ними и зашагал к машине.
— Послушай, у него, кажется, крыша поехала от страха, — усмехнулся Ник, обращаясь к Вэл. — Может, он и не мугкик вовсе, а слюнтяй вонючий. Он, видать, и жену-то не трахает, а приводит к ней для этой цели другого козла.
Изменившись в лице, полицейский оглянулся. Вэл не удержалась и загоготала, увидев его ошалевшие глаза.
Полицейский круто развернулся.
— Смотри, он вытащил пушку! — взвизгнула Вэл. — Ник, осторожней!
Ник, не раздумывая, выхватил пистолет и всадил пулю точно в грудь несчастного блюстителя порядка.
Тот начал оседать, пытаясь привалиться к машине, но промахнулся и тяжело рухнул на асфальт.
— Hv, теперь уносим ноги, — быстро скомандовала Вэл, и тут взгляд ее упал на соседний дом. Из окна, слегка раздвинув шторы, за ними внимательно наблюдали пожилые супруги. — Ник, по-моему, эти старые вешалки все видели.
— Ну, тогда надо нанести им визит, прежде чем драпать, — таким спокойным тоном заметил Ник, будто собирался забежать к старикам на чашечку чая.
— Пойдем вместе. Они мне никогда не нравились.
— Ты же говорила, что спешишь к своим уголовникам.
— Подождут. Ничего с ними не случится. Просто мне хочется послушать, как эта рухлядь будет орать. Страсть как не терпится.
И молодые люди устремились к дому напротив.
Занавески задернулись, погрузив комнату в гумрак.
— Ну что ж, если им так нравится, то сейчас для них наступит кромешная тьма.
— Черт побери, губернатор! — кричал в трубку разъяренный Джим. — Мне срочно нужна помощь. И не вздумайте убеждать меня, будто тут в округе все тихо и спокойно. Вы-то сидите далеко, а мы здесь смерти в лицо смотрим.
