– Это трудно объяснить, но все поднимаются, а значит все знают, когда пора… Знают и всё! Понимают, что пора… Каждый по-своему… – Папа говорил и снова смотрел куда-то в даль, словно разговаривал сам с собой. А может, так оно и было… – Правда, некоторые даже не успевают понять, а уже поднимаются… По-разному бывает… По-разному…
– И все-все поднимаются?! – спросил Митя, выдернув папу из его каких-то своих мыслей.
– Абсолютно все, – горько улыбнулся папа, – Без исключений. Ну, что, может тебе сказку дочитать? – попытался перейти на другую тему папа.
– А как они там все поместятся? – словно не замечая папиного предложения, спросил Митя.
– Не знаю, Мить. Это сложный вопрос. Ответ на него мы когда-нибудь узнаем…
– А Валерка тоже на небо поднимется?
– Когда-нибудь обязательно, – подтвердил папа.
– Это хорошо, – деловито сказал Митя, – Будет с кем играть. Я ведь там больше никого не знаю… Слушай, па, а Валеркин папа тоже там будет?
– Будет, – кивнул отец.
– Пап, но это ж нечестно. Он ведь плохой: он Валерку бьёт ни за что. И тётю Вику тоже. Как напьется – бьёт их. Тетя Вика потом плачет. И Валерка тоже. И вообще он злой… Почему же и он поднимется?! Разве ему тоже можно?!
– Всем можно, Мить.
– Почему?! Ведь он плохой!
– Это не нам решать… Не тебе и не мне… Так уж, как говорится, заведено…
Митя некоторое время обдумывал услышанное. Он не мог понять, как такая привилегия как «попасть на небо», которой удостоилась бабушка Зоя и когда-нибудь удостоится он с родителями, доступна и для Валеркиного отца. В его голове это не укладывалось.
– А где там бабушка Зоя живет? У нее там свой дом? – словно очнувшись от тяжелых раздумий, спросил Митя.
– Не знаю. Когда-нибудь увидим…
– Мы будем ходить к ней в гости? Как раньше?
– Будем. Обязательно будем…
– А мы где будем там жить? У нас там будет свой дом? – Митя сыпал вопросами так, что папа даже не пытался успевать на них хоть как-то отвечать. Особенно учитывая тот факт, что большинство вопросов либо не подразумевали ответа, либо его не имели. – А долго туда лететь? А можно мне будет взять туда с собой игрушки?…
– Ну, ты и тарахтелка… Как пулемет… Лишь бы спросить… – прервал этот поток папа. – И вообще, что-то ты, господин хороший, разговорился! Спать пора! Я тут, понимаешь, уши развесил… А ты и рад! Всё, давай, спи!
Папа встал и пошел к выходу. Митя даже не возражал. Он усиленно обдумывал услышанное и пытался всё это представить себе в красках и лицах в своем воображении. Насколько хватало его фантазии и опыта. Митя смотрел в потолок, рисуя где-то внутри головы картины прекрасной небесной жизни, сам отвечая на поставленные им и не отвеченные папой вопросы и пытаясь всё-таки понять, как же в этой чудесной стране может быть уготовано место Валеркиному отцу.
Поэтому момент, когда папа выключил свет и пожелал спокойной ночи, застал Митю врасплох, вырвав из пучины фантазий и размышлений.
– Па-а-ап, – позвал Митя в темноте.
– Я помню – оставлю щёлочку, – отозвался папа.
– Нет, па, я про другое… – Папа в темноте не ответил, но было видно, как он стоит в светлом прямоугольнике дверного проема и ждет, что же ему скажет сын. – Давай на небе не будем жить рядом с Валеркиным папой… Хорошо?
– Хорошо, – выдохнул папа и прикрыл дверь.
Мите снились теплые и мягкие облака, качели перед небольшим домом и бабушка Зоя в своём любимом зелёном халате…
