Неделя прошла с тех пор как Мэтью окончательно отрекся от криминального мира, наемных убийц и оружия. Он снял небольшую студию с видом на озеро Мичиган и не выходил оттуда. Все было в светлых тонах, чтобы ничего не напоминало о темноте САНУ. Телевизор и пицца стали для него близкими друзьями, а телефон из САНУ он безжалостно выбросил. Мэт не оборвал связь только с Закари, но дальше телефонных звонков он пока не заходил. Хотелось отдыха от всех. Первые дни просыпался рано утром по привычке, но через пару дней привык что больше никуда не нужно подрываться как по тревоге и теперь спал вдоволь. Никаких будильников, больше похожих на сирены, никаких старших и пар. Он не признавал этого, но иногда безумно скучал.
От безделия к шестому дню парень пошел в ближайший спортзал и купил абонемент. Он хотел бы заниматься дома, но места для спортивного инвентаря там не было, а привычка поколачивать грушу из раза в раз отпечаталась на задворках сознания.
В первый день в спортзале Мэт выкладывался на полную, не обращая внимания на заинтересованные взгляды девушек. Он явно понравился им. На красивом лице блестели капли пота, дыхание сбивалось от ускоренного режима на беговой дорожке.
— Впервые вижу такую выдержку у молодых парней в нашем зале, — послышалось за спиной.
Мэтью остановился и сошел с дорожки. Перед ним стоял тренер лет двадцати пяти. Его светлые волосы были подвязаны банданой, а голубые глаза внимательно изучали.
— Я Саймон, — улыбнулся тренер, кивая на бейджик, висящий на шее.
— Мэ… Микаэль, — осекся парень.
Черт бы побрал этого Ульяма, который сам выбрал имя для документов. Благодаря этому, Мэтью Хендерсон превратился в Микаэля Хоупс. Мэт никак не мог привыкнуть, а Зак только смеялся и называл его Мики.
— Что ж, ты любишь спорт, да?
— Что-то типа того.
— Может выпьем вечером? Тут за углом очень крутой бар. По выходным выступают местные группы, а коктейли просто космос.
Мэт усмехнулся, сняв с плеч небольшое полотенце, и вытер пот со лба. Саймон даже не смущался, подкатывая к нему. Так легко подошел, позвал, подмигнул, будто каждый день тренировался флирту. А может и так. Здесь много красивых парней, но далеко не каждый гей. Правда и у Мэта на лбу не написано: «Хочу переспать с парнем максимально отличающимся от Хатимана, который снится каждую ночь и не позволяет забыть». Словно Эдвард из «Сумерек» то и дело появляется в видениях, когда Мэтью хочет сделать что-то выходящее за рамки САНУ. Например, свободно пойти по городу когда и куда захочет.
— Хорошо, — кивнул парень. — Позвонишь?
— У меня нет твоего номера.
— У администратора есть, — улыбнулся Мэт и ушел.
***
На другом конце города все сильнее сгущалась тьма. Над САНУ нависла череда несчастий. За неделю были убиты двое старших. Они даже не успевали добраться до пункта назначения. То и дело гробы стояли в гостиной. Фернандес окончательно запретил выезжать в город и повторно собрал своих солдат. Неделю назад на собрании он сказал, что хочет подумать еще и найти другой вариант. Он боялся отправлять Бабби. Кто знает, может этот мужчина знает всю ее подноготную и пристрелит как только она появится в поле зрения.
Все вновь сидели за круглым столом. Смурнее тучи был Эйден. Якоб так и не желает выслушать его и их отношения стали чуть хуже чем никакие. Андер пару раз пробовал переночевать у Лин, но все попытки заняться сексом переходили в длинные ночные разговоры. Оба окончательно смирились что больше ничего никогда между ними не будет и статус «лучшие друзья» единственный хороший исход событий.
— Мы поговорили с Ульямом Данбаром еще раз. Тянуть больше нет времени, у нас есть план и он один. Никаких А, Б и В. Только один шанс. Бабби, — Фернандес заботливо посмотрел на нее, — ты наша надежда.
— Постойте, но вы же понимаете, что это русская рулетка, — испуганно выпалил Эйден. — Только один шанс из шести, что ее не знают.
— Я понимаю. Мы провели много времени, пытаясь найти другое решение. Его просто нет. Данбар знает всех его людей в лицо. Они следят за убийцей две недели, но он на столько скрытный, что кроме этого ничего нет.
— А полиция в это еще не залезла? Их не смущают массовые убийства? — тихо спросила Бабби, потерянная от новости.
— Кто знает об этом? Вы все здесь официально считаетесь мертвы или пропавшие без вести. Своих людей Данбар тоже хоронит как можно тише, а эти мелкие банды всю жизнь между собой воюют и убивают. До них тоже дела нет.
Вильгельм потянулся к бумажному пакету и достал оттуда фотографии. Он протянул пачку Андеру. Солдаты раскладывали их по столу, внимательно изучая.
— Пятеро из этих людей, судя по всему, такие же солдаты как вы. Эти шестеро охранники, постоянно таскаются рядом с вот этим мужиком, — директор указал на фотографию главного в черном дорогом пальто и очках.
