Детство и общество полностью

Говоря о самосохранении, Фрейд предполагает, что в самом начале жизни либидо связано с потребностью поддерживать жизнь с помощью сосания всего, что можно пить, и кусания того, что можно есть. Но вряд ли простое поглощение пищи объясняется только либидинальной потребностью. Леви в своих известных экспериментах со щенками и цыплятами показал, что у них, помимо простого потребления пищи, существует самостоятельная потребность в определенном дозировании сосания и клевания соответственно. У людей, живущих в большей степени благодаря обучению, чем инстинкту, предполагается и большая культурная изменчивость в отношении врожденных и приобретенных величин потребности. Сейчас мы рассматриваем потенциальные паттерны, которые, с одной стороны, не следует игнорировать или сокращать настолько, что появится риск возникновения неполноценности. С другой стороны, они должны особым образом провоцироваться посредством средовых процедур. Тем не менее ясно, что оральный эротизм и развитие социальных модальностей «получения» и «взятия» опирается на потребность дышать, пить, есть и расти за счет всасывания.

Какова же самосохраняющая функция анального эротизма? Прежде всего, процедура опорожнения кишечника и мочевого пузыря становится более приятной благодаря чувству благополучия (в словесной форме: «отлично!»). Это чувство с самого начала жизни должно компенсировать частый дискомфорт и напряжения, испытываемые в процессе того, как кишечник учится выполнять свою повседневную работу. Два усовершенствования постепенно придают анальному опыту необходимую полноту. Это заключается в наступлении более регулярного стула и общем развитии мышечной системы, которое добавляет объем добровольного расслабления, выпускания и сбрасывания к объему жадного присвоения. Оба эти усовершенствования говорят о большей способности чередовать удерживание и выталкивание по желанию. Поскольку речь идет об анальности в узком смысле слова, на этой стадии очень многое зависит от того, стремится ли культурная среда сколько-нибудь серьезно относиться к анальной функции. Мы увидим, что есть культуры, где родители игнорируют анальное поведение и предоставляют старшим детям отводить в кусты начинающего ходить малыша. Делается это для того, чтобы его желание соблюдать нормы в этом вопросе постепенно совпало с желанием подражать его старшим братьям или сестрам. Однако наша западная цивилизация относится к данному вопросу более серьезно, и степень ее давления на индивидуума зависит от распространенности нравов среднего класса и идеального образа организма, приученного выполнять некоторые функции автоматически. Подобные нравы предполагают, что раннее и строгое приучение к туалету не только сохраняет приятной домашнюю атмосферу, но совершенно необходимо для развития аккуратности. Так это или нет, мы обсудим позднее. Но, несомненно, среди невротиков нашего времени есть и компульсивный тип, отличающийся большей механической аккуратностью, пунктуальностью и бережливостью (в любви так же, как и в испражнениях), чем это было бы полезно для него, а в долгосрочной перспективе — и для общества. Выработка навыка, связанного с опорожнением кишечника и мочевого пузыря, стала, пожалуй, бесспорно травмирующим моментом воспитания ребенка в широких кругах нашего общества.

Что в таком случае делает анальную проблему столь трудной?

Анальная зона больше любой другой приспособлена к проявлению стойкой приверженности противоречивым импульсам, потому что она прежде всего — модальная зона для двух конфликтующих модусов подхода, которые должны сменять друг друга, а именно модусов ретенции и элиминации. Кроме того, сфинктер — это лишь часть мышечной системы с ее общей дуальностью ригидности и релаксации, флексии и экстензии. Развитие мышечной системы дает ребенку гораздо большую власть над средой в виде умения доставать и держать, бросать и толкать, приближать к себе и удерживать предметы на расстоянии. Вся эта стадия, которую немцы назвали стадией упрямства, становится сражением за автономию. По мере того как малыш обретает бо́льшую независимость, он описывает свой мир в категориях «я» и «ты», «мне» и «мое». Любая мать знает, каким сговорчивым может быть ребенок на этой стадии, если он решил, что хочет делать то, что ему вменяют в обязанности. Однако весьма трудно найти правильный способ заставить малыша захотеть сделать именно это. Всем матерям знакомо, как ребенок (находящийся на этой стадии развития) может нежно прижиматься к взрослому и как жестоко он вдруг пытается его оттолкнуть. В том же возрасте дети склонны копить (тайно хранить) разные предметы и выбрасывать их, цепко держаться за свое имущество и выкидывать свои вещи из окна. Все эти на вид противоречивые склонности мы описываем как ретентивно-элиминативные модусы.