В школе уже собралось с десяток мальчишек-подростков пятнадцати-шестнадцати лет. Я оказался самым маленьким среди них. Ребята при виде меня зашептались. Учитель догадался и пошутил:
— Он хоть и мал, да удал, вам не уступит.
Я краснею и отворачиваюсь в смущении.
Все мы во главе с учителем молча выходим на улицу. Сворачиваем в переулок и тут же натыкаемся на свалку: какие-то мужчины наскакивают друг на друга, тузят кулаками.
Учитель останавливается. К нему подходят старики.
— Разведите, разведите их, почтенный!
Учитель бледнеет от гнева.
— Стой, стой! — кричит он. — Побойтесь аллаха, невежды!
Участники драки смущенные расступаются: у кого ворот разодран, у кого рукав чуть держится.
— Простите! Простите, почтенный!..
— В чем дело? Из-за чего скандал? — спрашивает учитель, еще не остывший от гнева.
Старики поясняют:
— У одного бедняка подошел срок долгу, и он решил продать дом. Из-за дома и скандал. Нашлись люди с достатком, и тому хочется взять, и другому завидно…
Вскоре мы входим в угловой двор по левой стороне переулка. Навстречу нам выбегает небольшого роста обходительный человек лет тридцати пяти-сорока. Больная лежит на просторной красивой террасе. Хозяин дома, сорвав с колышка большую шаль, торопливо прикрывает ею лицо больной. С поклоном показывает на разостланные одеяла:
— Пожалуйста, господин мой!
— Как ваша супруга? — справляется учитель, снимая кауши.
— Ей день ото дня все хуже, почтенный, — шепчет хозяин. — Может, после молитвы о вспомоществовании голову поднимет.
— Коран — слово божье. Молитва о вспомоществовании может сотворить чудеса, она и злых духов изгоняет, Да исцелит ее сам аллах! Душа, если она не отлетела, всегда таит в себе надежду. Неверие и отчаяние — от дьявола.
Учитель садится, скрестив ноги.
— Ну что ж, начнем! — говорит он, обращаясь к нам.
Мы рассаживаемся вокруг него на мягких одеялах и начинаем читать соответствующую суру корана.
Я украдкой приглядываюсь ко всему. Хотя двор был маловат, дом и терраса были уютные и напоминали изящную шкатулку. Крыша железная, столбы и наличники крашеные. Во дворе много цветов. Маленькая девочка, с трудом поднимая ведро, несла воду на кухню. На кухне какая-то старуха топила в большом казане курдючное сало. Аппетитный запах выжарок распространялся по всему двору.
Мы все читаем в один голос, торжественно и нараспев. Учитель время от времени дует на больную: «Суф!» Одновременно и мы все разом чуть наклоняемся в ее сторону. Читаем долго, все устали. Только у учителя голос остается чистым и ясным, усталости у него совсем не заметно.
Чтение продолжается ровно два часа. Закончив, мы все вздыхаем с облегчением: «Ух!» А учитель сидит важный и строгий.
— Воды… — чуть пошевелившись, тихонько шепчет больная.
Хозяин торопливо протягивает ей пиалу воды. Потом, сложив руки на груди, говорит, обращаясь к учителю:
— Прошу, почтеннейший! Прошу в дом.
Все мы во главе с учителем проходим в дом. Учитель садится на почетное место. На одеялах разложены мягкие подушки. Комната красиво убрана. Рядами стоят сундуки, в нишах много разной посуды. Напротив входа по углам стоят две чудесные китайские вазы. Все мы молча любуемся ими.
Учитель поинтересовался, что это за вазы. Бай чуть приметно улыбнулся.
— Покойный родитель наш привез их из Кашгара. Я тогда еще молод был. Очень редкостные вазы, — сказал он с гордостью.
Расстилается скатерть. Появляются мягкие лепешки, сладости. Вносится бурно кипящий самовар.
— Берите, берите! Кушайте, — приглашает бай учителя и нас.
Наш подслеповатый чтец корана основательно налегает на сладости. А я стесняюсь, веду себя очень сдержанно, Появляется жирный, обильно приправленный мясом плов. Учитель с аппетитом принимается за него, приглашая и нас.
— Берите, дети, берите! Очень вкусный плов получился. Такой плов, что во всех семи поясах земли не найти равного ему.
Тут мы тоже налегаем на плов. Потом пьем крепкий-крепкий чай. После этого учитель поднимает руки: «Омин!» — и долго читает всякие благожелания хозяину. Мы прощаемся и уходим.
К учителю частенько приходят посетители, кто с чашкой, кто с пиалой. Просят его:
— Господин! Напишите молитву на этой пиале.
У каждого своя причина: у одного «больна дочь», у другого «невестка прихворнула», у третьего «жене занедужилось». Учитель, не откладывая, тут же в классе приступает к делу.
— Молитва, — говорит он, — от всех недугов и затруднений средство. Пророк наш сказал: «Молитва исцеляет от любой болезни».
