Они говорили и говорили, а дождь тем временем за окном потихоньку стихал, капли стучали в стекло уже не так быстро и не с такой силой, как утром, небо тоже светлело, становилось из темного и хмурого светло-серым дымчатым с оттенками белого. Гроза уходила, оставляя дом стоять среди луж воды, под затянутым облаками небом, среди чистоты и сырого воздуха. Сквозь неплотно закрытую форточку было слышно, как в лесу за окнами ухает сова. Деревья шумели и раскачивались из стороны в сторону под порывами ветра, прощаясь на время с непогодой и стряхивая с себя десятки и сотни капель застрявшего среди иголок и листьев дождя.
Ида, сидевшая всё это время за спиной Светломира, отложила наушники и ушла к маме на первый этаж, которая позвала помочь ей с чем-то на кухне. Кот Том спрыгнул на пол и тоже убежал вслед за девочкой, вильнув хвостом и протиснувшись в щель между дверью в библиотеку и косяком.
Светломир ещё долго мог бы говорить с папой, но экран у лежащего на столе сотового телефона внезапно загорелся, и он издал звук «дзинь-дзинь», «дзинь-дзинь».
– Кто-то мне звонит, – сказал папа и взял телефон. – Алло, я слушаю.
Несколько секунд он слушал речь того, кто звонил, после чего кивнул невидимому собеседнику на другом конце.
– Да, конечно, мы вас ждем, – и потом продиктовал их адрес.
Сбросив вызов, папа встал с кресла, положил телефон обратно на стол и повернулся к Светломиру.
– Свет, нам привезли крыло. Хочешь вместе со мной сходить посмотреть?
– Да, конечно, – с оживлением ответил Светломир. – Это то самое крыло для вертолета?
– Да, – сказал папа. – Вместо нашего старого, погнутого. Пойдем вниз, посмотрим.
Крылом они в семье называли лопасть для вертолета, крепящуюся к винту и позволяющую воздушной машине подниматься в воздух. Обычно замена лопастей для вертолета не требовалась, однако их последний полет прошел не совсем так гладко, как планировалось.
Пока они спускались вниз по лестнице, раздался звонок в дверь – приехал курьер. Через несколько минут, попрощавшись с улыбчивым мужчиной, папа со Светломиром уже распечатывали в гостиной большую плоскую коробку с разноцветными символами и надписями на боку.
Папа снял последний слой полиэтилена, отложил его в сторону, затем осторожно вынул из коробки длинное блестящее серебристое крыло и положил его на пол рядом с собой. Изделие отливало сталью и выглядело очень прочным и достаточно увесистым.
– Ого, – произнес Светломир, попробовав поднять лопасть, – очень тяжелое, – констатировал он.
– Да, такое и должно быть, – сказал папа. – Но, на самом деле, это легкий сплав для небольших вертолетов, по сравнению с другими лопастями оно легкое. Мы его приделаем на место старой лопасти, и наш вертолет будет новее прежнего. Давай прямо сейчас это и сделаем? А потом прокатимся, проверим новое крыло. Только мы вдвоём, мама нас отпустила.
– Конечно, конечно, давай! – Светломир даже запрыгал от радости.
Крыло погнулось во время не очень удачной посадки неделю тому назад, поэтому теперь Светломир был крайне рад починить с папой их вертолет и немного полетать на нем.
Сын убежал к себе в комнату наверх, чтобы переодеться в уличную одежду, и буквально через пару минут вернулся назад – в плотных штанах, футболке и вязаном свитере.
– Приходите к обеду, долго не задерживайтесь! – крикнула им мама с кухни. – Мы начали варить суп из вчерашних овощей, через пару часов он будет готов.
– Конечно, мама, мы скоро будем, – громко ответил Светломир, зашнуровывая кроссовки. – Ида, хочешь с нами? Мы с папой идем чинить вертолет!
– Нет, Свет, – сестра выглянула из кухни. – Я лучше останусь дома, помогу маме, идите сегодня одни. А потом расскажете, как все было.
– Хорошо, обязательно расскажу! Мама, Ида, пока! Мы ушли! – крикнул Светломир напоследок и выскочил на улицу вслед за папой, который, попрощавшись, уже вышел из дома чуть раньше.
На улице было сыро и пахло только что прошедшим дождем. Везде стояли лужи, воздух тоже пропитался сыростью, а небо было все так же затянуто серо-белой пеленой отдыхающих после непогоды кучевых облаков. Пространство ощущалось чистым и свежим, с небольшими нотками таинственности и загадочности. Трава трепетала и шелестела, лес за домом о чем-то шептался, покачивая макушками сосен. Где-то глубоко в нем прятались волшебные лесные духи, которых Светломир и Ида видели накануне.
«Возможно, где-то там прямо сейчас ходит волшебный олень», – подумал Светломир, догоняя папу. «Интересно, как он там? И какие еще чудеса спрятаны в этом лесу?».
– Папа, папа, – крикнул он, догнав возле опушки отца. – Скажи, а существуют ли духи погоды? Дождя, ветра, ясного дня? Те, кто выходят ночью и те, кто выходят днем?
– Конечно, Свет, – папе явно понравился этот вопрос. – Разные духи есть. Ночью одни, днем другие. Мир духов такой же большой, как и наш. В ясную погоду лучше себя чувствуют одни его жители, а кто-то, наоборот, выходит из своих домов только в дождь или после него.
– Как лягушки? – спросил Светломир.
