Светломир, посмотрев напоследок ещё раз на окружающую сверкающую красоту, отклонил рычаг управления в сторону от себя, и машина опять нырнула в облака. Несколько мгновений они летели в серой пелене, а потом она растворилась, исчезнув так же быстро, как и появилась, и внизу снова показался привычный мир – поля, леса и знакомая речка, текущая по долине.
– С возвращением обратно домой, – улыбнулся папа. – Мы были словно в другом мире, да? Хотя, если подумать, всё находится достаточно рядом. И одновременно совсем нет, это как посмотреть, – загадочно добавил он. – А теперь держи курс вон на ту гору, сделаем там разворот.
Папа показал на белые шапки гор, высящиеся на горизонте, и Светломир скорректировал курс на самую большую и величественную из них. За последний час он так освоился в воздушной машине, что уже чувствовал её практически продолжением себя самого.
Вертолет был волшебным, а мир вокруг ещё волшебнее. «Сколько еще удивительного скрывается в окружающем мире?» – в такие моменты задавал себе вопрос Светломир и ощущал при этом сильное желание изучать и познавать все тайны видимого и невидимого мира, однако и понимая, что не хватит, наверное, целой жизни, чтобы узнать всё. Или, может быть, есть какие-то другие способы?
Этот вопрос пока оставался без ответа, и они летели дальше. Под вертолетом пронеслась вся долина, речка ушла куда-то в сторону, а вместо неё началось предгорье – широкое плато, заросшее хвойным лесом. Сюда дети ещё никогда не заходили сами, только проезжали мимо на машине с родителями по дороге к морю. Светломир с интересом всматривался в лес внизу, подмечая тропинки, полянки и опушки, чтобы когда-то пройти по ним и изведать этот новый и непривычный для них с Идой край.
– Жалко, что сегодня не взяли с собой Иду, – сказал он, продолжая свои мысли вслух. – Ей бы очень понравилось всё то, что мы уже видели.
– В следующий раз вы можете полететь вдвоем, – произнес папа. – Я хотел, чтобы ты научился летать, но дальше вертолет будет в вашем распоряжении.
– Правда?? – Светломир в который раз за сегодняшний день выглядел ошеломленным. – Мы правда можем брать теперь вертолет, когда захотим?
– Да, правда, – ответил папа. – В любое время, когда захотите.
Светломир был и удивлен, и поражен, и обрадован одновременно. Мечта получить в использование свой собственный вертолет была верхом его воображения после сегодняшнего полета. И эта мечта осуществилась очень быстро.
– Спасибо тебе, папа, – он не знал, как благодарить в такой ситуации, поэтому говорил просто от сердца. – Мы всегда будем предупреждать вас, когда захотим полетать.
– Ещё можете иногда давать нам с мамой его покататься, – с юмором сказал папа. – А так, он целиком ваш. Когда вернёмся – научу тебя, как его заправлять. И, может быть, сможем увеличить объем бака или улучшим двигатель – поставим гибридный.
Сквозь облака проглянул первый лучик солнышка и осветил высокие хребты заснеженных гор, что возвышались уже совсем рядом. Между крутыми склонами виднелось серой полоской широкое море – оно волновалось на ветру и разбивалось волнами о берег. Светломир приоткрыл форточку и, придерживая одной рукой штурвал, принюхался к запаху ветра, задувающего в кабину вертолета.
– Соленый! – с радостью констатировал он. – Когда-нибудь потом обязательно полетаем над морем с Идой. Папа, сейчас разворачиваемся?
Отец кивнул.
– Да, давай уже обратно. Хорошо сегодня полетали. Ты молодец.
Светломир плавно повернул штурвал влево, и вертолет, последовав за ним, сделал размеренный вираж возле склона большой горы, а затем, так же неторопливо, заскользил обратно – в сторону родного леса и дома на полянке посреди него.
– А расскажи мне еще о прадедушке, – вернулся к начатому разговору Светломир, поставив вертолет на нужный курс. – Какой он все-таки был?
Папа призадумался над вопросом, смотря в окно на то, как постепенно расходятся в разные стороны тучи, а плывущую внизу землю освещают проходящие сквозь них косые лучики теплого солнца. Лучи падали с небес как маленькие нити-дорожки, и по ним бежала мягкая светящаяся живительная энергия, напитывая каждое деревце, каждую травинку, растущую в лесах, на полях или опушках. Эта энергия искрилась и с нежностью прикасалась к земле, согревала её своими маленькими золотыми ладошками, наполняла солнечной силой и красотой.
– Ты знаешь, он чем-то был похож на этот свет, – сказал папа, наконец. – В те времена его образ мыслить и мечтать был еще редкостью. Папа мне рассказывал, что дедушка настолько сильно излучал любовь и мудрость, что иногда даже казалось, что вокруг него светилось само пространство. Он был как большой сильный лучик, уверенный в том, что он делает. И при этом он никогда не навязывал свой образ жизни, однако всегда говорил, что для себя видит его самым гармоничным.
– А какой был его образ жизни, папа? – спросил отца Светломир.
Папа улыбнулся, что-то вспоминая, и сказал:
– Жить по совести, исполнять настоящие желания и нести свет миру.
– И все? – удивился Светломир. – Это же очень просто.
