И они пошли по улочке между домами в сторону большой площади: папа и мама позади, а дети вприпрыжку перед ними. Уже с автомобильной парковки было видно, насколько же много на площади народу. Чем ближе они подходили, тем большая картина открывалась перед их глазами. Разноцветные ларьки, такие знакомые с прошлых лет фестиваля, в этот раз, казалось, были ещё разноцветнее. Длинные гирлянды из рисунков лошадок, тыкв и солнышек висели между ними и качались на ветру, шурша бумажными хвостами и помахивая картонными гривами. Между лотками лежали огромные желтые тыквы с большими зелеными хвостиками, выделяясь своей природной яркостью и величественностью.
Дети подбежали к ларькам поближе, и Светломир, прислонившись к поручням, с большим интересом стал изучать, что же в этом году продавалось на лотках, висело по углам и стояло на полу. Большие банки с медом и батончики нуги, самодельные вертолётики, различные поделки из глины и дерева, очень много камней всех видов и форм, а также изделия из них – бусы, кольца, другие украшения, различные соломенные шляпы, разрисованные тыквами и подсолнухами… Несколько человек из знакомых фермеров продавали колоды с сотами, иногда встречались бидоны с молоком и корзинки с домашними яйцами и маслом.
Дети переходили от лотка к лотку и изучали всё- всё-всё. По углам почти в каждом ларьке на деревянных вешалках висело много одежды ручной работы – рубашки, брюки, юбки, платья, – все красивые и с разнообразными вышивками и узорами.
В воздухе звучала плавная музыка из колонок, расставленных по краям площади, и дети шагали под нее и лавировали в толпе, словно танцуя в этом мире осенних красок и улыбок продавцов и людей, разговаривающих друг с другом и приветственно поднимающих руки, видя папу, маму, Светломира и Иду.
– О, дедушка Любослав, здравствуйте! – папа разглядел среди толпы того, о ком они говорили в машине по дороге сюда. – Как вы себя чувствуете?
Дедушка Любослав был, как всегда, с длинной седой бородой, закрученной в косички, в широкой белой рубахе, подпоясанной красным красивым поясом, и в необычной плетеной обуви. Дедушка продавал большие и маленькие деревянные бочонки с медом, они высились вокруг него и справа, и слева, и даже на расстоянии пахли очень вкусно – настолько, что Светломиру сразу же захотелось купить их все.
– Хорошо, мой друг, очень хорошо, – голос у дедушки был скрипучий, но полный сил и особой внутренней молодости. – А вы как поживаете? Вижу, с семьей приехали все вместе?
Мама и папа разговорились с дедушкой, а Светломир и Ида стояли рядом и с любопытством изучали его необычный наряд. Папа однажды рассказывал детям, что дедушка Любослав – носитель какой-то древней традиции и знает много того, о чем другие не знают.
«Скорее всего, эта одежда тоже как-то относится к этому», – подумал про себя Светломир.
Пока он думал, папа купил несколько двухлитровых бочонков меда, расплатившись двумя разноцветными бумажными купюрами.
– Вот, возьмите для детей в обратную дорогу, – сказал дедушка под конец разговора и положил в коробку к купленному меду несколько батончиков нуги. – Моя жена делает, очень вкусные.
Поблагодарив дедушку и попрощавшись, семья отошла на пару ларьков дальше по площади, где Светломир практически столкнулся лицом к лицу с Ярославой, которая вела за руку маленького Джонатана.
– Ярослава, здравствуй! – с радостью поздоровался он с девочкой, обрадованный тем, что они всё же встретились. – Джонатан, привет!
– Привет! – картавя, заулыбался маленький Джонатан. – Пусти меня, – попросил он Ярославу и, когда та отпустила его руку, добежал до Светломира и обхватил его за штаны.
– Привет-привет! – засмеялся он.
– Здравствуй, Светломир, здравствуй, Ида, – тепло поприветствовала Ярослава подошедшую сестру мальчика. – Вижу, вы купили много меда? – заметила она папу, который, согнувшись, тащил за ними большую коробку.
– Привет, Ярослава! Привет, Джонатан! – поздоровались мама и папа.
– Ярослава, а где Генри и Аврора? – спросил папа, поставив коробку на землю и отдуваясь.
– Они вот там, обедают, – едва сдерживая улыбку, показала Ярослава на ресторан в одном из старинных домиков. – А я пока не захотела, поэтому мы пошли по площади прогуляться.
– Давай тоже зайдем к ним? – предложила мама. – Только вначале отнесем мед в машину, чтобы тебе было легче, – сказала она папе.
– Мы мигом вернемся, – согласился отец и, ухнув, снова поднял коробку. – Погуляйте пока по площади, осмотритесь, и потом пойдем пообедаем, – предложил он детям. – После этих коробок у меня что-то очень разыгрался аппетит.
