— Цветок тепличный, — вздохнул он, щелкнул пальцами и меня тут же окутало теплым воздухом. — Что мы с тобой будем через пару месяцев делать, когда зима начнется?
— Ут-т-теплять, — буркнула ему в ответ. — И в-в-вобще, кое-кто мог б-б-бы и поб-б-быстрее с сопер-р-рником разобраться. А говор-р-рил — делать нечего…
Зануда только распахнул рот, чтобы наверняка заявить мне что-то обидное, но был оборван Бабником.
— Если вы закончили флиртовать, то нам пора идти принимать поздравления от ректора.
— С ума сошел! — чуть сердце у меня не остановилось от этого заявления.
— Да, идемте, — совершенно невозмутимо откликнулся этот Темный пластилин. Клянусь, едва сдержалась, чтобы не вцепиться в него и не потребовать срочного опровержения. Решив, что отомщу ему, да и Бабнику за этот поклеп и почти оскорбление позже, я сделала шаг вслед за своей командой… и тут же замерла, оглушенная внезапным осознанием. И почти тут же сорвалась на бег вслед за парнями.
— Скажи мне, что трансляцию уже отключили! — взмолилась я, ухватив за рукав Нея, шедшего последним.
— Да, как только игра закончилась, — недоуменно глянул он на меня.
— Фух…
Значит, пока еще живу, трибуны возмутительного комментария от Бабника не слышали. Мысль обрадовала и даже немного согрела, так что дальше я пошла куда бодрее. Чтобы через пару шагов снова застыть, чуть не застонав в слух от отчаянья — пусть нас и не слышали, но весь стадион видел, как Зануда ко мне свои лапы тянул! А я и вовремя ему по ним надавать не успела, не иначе как все мозги на арене отморозила.
— Ты так и будешь через шаг спотыкаться? — прозвучало недовольное рядом — пока я напряженно размышляла, Грейсон успел вернуться ко мне. — Ноги совсем что ли отморозила? Хочешь еще на чужой шее покататься? — и снова протянул ко мне руки, бессмертный!
— Нет, я сама! — отскочила я, от испуга даже перестав заикаться. И не дожидаясь очередных посягательств, резво побежала вслед за парнями. Не дай боги и правда попытается на руки взять да еще на глазах у всего стадиона!
Через ряды зрителей до ректорской трибуны я шла с легкой опаской — вдруг кто-нибудь кинется мне сразу мстить за непозволительную близость к капитану. Но либо я преувеличила опасность безумных фанаток, либо победа любимой команды радовала всех куда больше.
Поздравляя нас с победой ректор был довольно сдержан, в отличии от магистра Авендора — вот он откровенно улыбался — конечно, это ведь он меня нашел и притащил сюда. Тренер тоже выглядел довольным. Наш, а вот тренер противников являл собой весьма кислую рожу. Как и его команда. Особенно капитан — он явно не ожидал, что его уложит на лопатки мелкая девчонка. Я бы сказала, что проигрыш в первой игре сезона дался нашим противникам тяжело. И «дружественное» пожатие рук после игры вышло… ну, скажем, не совсем чтобы уж дружественным.
— Грейсон, ты как всегда припас туз в рукаве, не так ли? — тихо процедил капитан противников, пожимая руку Грею рядом.
— Разве? Мне казалось, что я открытая книга. Только глухой не слышал, что новичок нашей команды — девушка.
— Да… Стоило сразу понять, что просто так ты бы ее не взял, — достался мне оценивающий взгляд.
Тут настала очередь и нам пожать руки. Честно, я уже опасалась, что он сейчас специально попытается мне пальцы переломать. Но к счастью, капитан Кростона оказался сдержаннее, чем мне думалось, и руку мою сжал вполне аккуратно.
— Я запомнил тебя, Ринри, — прошептал он, чуть наклонившись ко мне. — И если нам доведется встретиться на арене вновь, то уже не стану недооценивать. Не надейся на легкую победу в следующий раз.
— Не надо искать себе оправданий, — хмыкнула я в ответ, отнимая руку.
— Эй, Вальрес, а мне руку пожать не хочешь? — отвлек капитана от меня Алекс.
— Тебе я всегда хочу только врезать, — оскалился парень в ответ, но отступил от меня, и руку Бабнику пожал. — Может, если у тебя будет кривой нос, девушки перестанут на тебя так вешаться?
— Думаешь тогда тебе хоть что-то перепадет? Даже не рассчитывай, хоть все лицо мне разобьешь, женщины все равно предпочтут меня. Просто я хорош независимо от своего внешнего вида, — широко и весьма нахально улыбнулся Алекс.
— Выбить бы тебе зубы, — процедил капитан противников и перешел жать руку Милашу.
Остальные члены его команды распрощались с нами молча. А вот тренер их не промолчал. Уже когда мы покидали ректорскую трибуну под овации стадиона, краем уха я уловила их разговор с Фером.
— Рискованно играешь, Фер. Не боишься, что твои ребята вылетят? Земляной голем заклинание более высокого порядка, это все знают. А то что создала на поле твоя девчонка, определенно было големом. Как думешь, что будет, если кто-нибудь усомниться в справедливости сегодняшних результатов и подаст жалобу в комитет?
— Думаю, что он лишь выставит себя идиотом, — хмыкнул наш тренер в ответ. — Раз за столько лет работы так и не выяснил, по какому принципу работает игровая арена. Если одна команда оказалась лучше другой, это не значит, что нужно искать подвохи. Да и не думаю, что хоть у кого-то возникнут сомнения в результатах…