Из-за поворота резко, с громкими воплями выбежал Нестик. Он был похож на ящера, у которого вместо рта было странное подобие пасти, искривлённое и удлинённое.
В этот момент, я не задумываясь о силе, ничего не испытывая, ударил, что есть мочи прямо по защищённой голове этого существа, стоило ему вплотную подойти ко мне. Следом, с криками с потолка начали падать гули, они с воплями приземлялись на рептилию и что только не вытворяли с её телом. Они били, царапали, рвали, кусали, кромсали, чем только можно и абсолютно всеми способами, пытаясь расчленить существо. Ящер стал издавать ещё большие крики, его качало в разные стороны, из-за чего он то и делал, что бился об стены по нескольку раз. Хотя возможно, таким образом, он хотел скинуть с себя гулей, правда, получалось откровенно не очень. Гули были очень цепкими и не собирались даже на миг ослабевать свою звериную хватку.
И вот, ящер был убит. Гули ликовали, они прыгали вверх, словно маленькие дети и издавали хрипящие звуки, напоминающие подобие смеха.
Гуль, что вёл нас к этому месту, вырвал у ящера нечто похожее на органы или мясо, в общем, что-то не очень приятное, тёплое и выглядящее самым отвратительным образом. Он медленно и плавно стал протягивать мне это в руки, либо испытывая страх, либо проявляя осторожность, а может быть, высказывая свою благодарность. Вскоре я принял на руки то, что он мне протягивал, а затем он стал показывать указательным пальцем на рот, что означало, есть это.
– Ты же не станешь, есть это? – с тошнотворным видом на кусок ящера, выговорила Эш.
– Кажется мне плохо, – со слезами сказала Томоко и отвела взгляд от всего этого, уткнувшись в грудь Юджина.
– Я думаю, что это приемлемая пища, раз её едят гули, – предположил Мирон.
– Может и так, – согласился я.
– Даже не вздумайте! – вдруг крикнул Юджин. – Мы пришли, чтобы найти припасы, а не есть то, что первое попадёт нам в руки.
Вдруг раздался резкий грохот, все стены затряслись и по ним пошли лёгкие трещины. Гуль кинулся к нам и стал тянуть нас за руку в обратную сторону.
Команда резко остановила его и отодвинула от меня, у гуля появилось выражение непонимания и некоторой обиды, это было прекрасно видно. Он стал резко показывать жестами, что нужно уходить. Но никто не слушал, хотя даже остальные гули с ужасом на всех своих четверых бежали прочь, оставив столь ценную для них добычу.
Поток течения усилился, и вся команда упала в воду, не выдержав напора. В то время все гули скрылись и лишь наш сопровождающий, пытался нас убедить бежать отсюда. В этот момент стало ясно, что нас решила навестить и другая туннельная нечисть. Воды становилось всё больше и больше, поток стал нас приближать к резкому спуску, какому-то водопаду. Буквально на миг всю канализацию затопило, мы все стремились наверх, к месту, где есть вода. Однако я понимал, как всем было трудно. Мирона тянула вниз его прекрасная винтовка, Юджин и Томоко, вцепившись в ржавые трубы, пытались сохранить спокойствие, Эшли и вовсе не было видно, лишь наш товарищ – гуль, который даже не умел плавать, всё ещё пытался что-то доказать нам, выкрикивая хриплые звуки из глубины своей глотки. Он хотел нам помочь.
Помочь? Но ведь он мог просто забраться на стены. Кто он нам? Зачем мы ему? На миг мысли потерялись, ребята что-то кричали захлёбываясь в воде, но я не слышал, я уставился на гуля и смотрел на него, направив голову в левый бок. Пытался что-то понять. Пытался, но… Воды стало ещё больше, она поднялась так резко и всех нас, включая гуля, сбросило резким порывом воды прямо с водопада.
Яркий свет…
Яркий свет пробивает моё сознание, во мгле этой пустующей ночи.
Я снова сидел и ничего не делал, разве что, немного наблюдал. А рядом сидел доктор, как всегда, с весёлым настроением, он радовался и веселился, а почему бы нет.
– Какой насыщенный день, не правда ли? – сказал доктор, сидя в позе йога.
– Ну, он ещё не закончился, доктор, – улыбнулся я.
– Как думаешь, почему тебя столкнуло?
– В том месте, знакомое место, по-моему, рядом с канализацией есть река, – уверенно и серьёзно ответил я.
– Река? В такой-то пустыне? – усмехнулся и саркастично ответил он.
– Возможно, её остатки перенеслись под землю, а может она стала меньше, кто знает, – пожал я плечами.
– Ох, и сколько с тобой последнее время хлопот, – сердито добавил он.
– Это точно, совсем не берегу себя, эмоции то наплывают, то прибывают, то исчезают, – метафорично, загадочно, абстрактно и меланхолично сказал я.
Доктор рассмеялся.
– И не говори, последнее время ты разошёлся не на шутку, интересно посмотреть, что будет дальше, – говорил он, жуя попкорн.
– И долго вы будете смотреть? – сердито заметил я.
– Ах да! Это же немного не моё место, – слегка расстроено заметил он. – Да ладно тебе, я не буду сильно мешать, – толкнув плечом, весело ответил доктор.
Сознание, осознание, абстрактность! Вот что есть истина, истина, которая так тонка, что её даже нет. Её не существует, но она есть!
Ну что же? Ты всё ещё понимаешь мои слова? Скажи мне, ты чувствуешь то же самое, что и я?
Ты чувствуешь, что ничего не чувствуешь!?!?!?!?
