Вот и все, что мы знаем о седьмом дне смертельного похода девяти туристов. Но и это не мало.
Во-первых, как мы отмечали, общее раздражение выразилось и в краткости общего дневника. Я бы сказал, чрезмерной краткости. Зина, например, нашла, что написать, а Тибо — именно он в этот день вел общий дневник — ограничился несколькими предложениями. Плюс нервное «все» в конце записи. Видимо, вчерашние споры сильно повлияли на настроение группы.
Если раньше Коля Тибо-Бриньоль был весельчаком и заводилой и группировал вокруг себя ребят… Вон как прижался к нему Рустем Слободин! Вон как Кривонищенко с Людой обнимаются и всем своим видом показывают, как им классно… То теперь настроение меняется.
На привалах никто больше друг друга снегом не осыпает, и, в общем, как-то не сильно бодро выглядит группа Дятлова.
И все больше места на фотографиях группы начинает занимать Семен Алексеевич «Саша» Золотарев. На фото — да. А в дневниках его по-прежнему нет. Вот они перекусывают с Зиной — на берете Золотарева перо, как у Тибо на шляпе в летнем походе. Вот они с Тибо поменялись головными уборами.
Честно говоря, даже просто смотреть на человека в берете холодно. Но они улыбаются в камеру. А руководителю похода, судя по снимкам, становится все грустнее.
Возможно, это только фантазии автора, но что-то мешает мне верить в натужное веселье, в показные улыбки, зато сразу верится в напряженность Дятлова, символически стоящего с экспонометром (кто-то еще помнит, что это такое?)
Но самое важное событие в этот день — примирение Зины и Дорошенко. Тем более, что у Юрия сегодня день рождения — 21 год. Судя по всему, у них, наконец, состоялось выяснение отношений, и что особенно важно — при совместной пилке дров. Двуручная пила она сближает.
Обратили внимание, что они втроем ждут остальных, очевидно безнадежно отставших. Кто ждет? Зина, Рустик и — конечно же, Юрка. То ли они самые сильные ребята в группе, то ли остальные ослабли, расслабились (сколько раз мы говорим это слово — «расслабились»). Это уже не группа друзей-единомышленников, похоже, что там уже каждый сам по себе.
Зато Дорошенко снова «Юрка», снова свой, снова его можно так называть в личном дневнике. И конечно странное на первый взгляд выражение «повеса» так «повеса». Именно так. В кавычках. Почему повеса-то? Из-за того, что ушел к другой девушке? Возможно. А еще и из-за песни:
Справка: «
Конечно Юра Дорошенко в глазах Зины Колмогоровой казался эдаким «ковбойцем», храбрым как Дон-Кихот. «Повеса так повеса» — ну правда же, звучит ласково, так же как «дурачок» вместо «дурак». Так что тут явно выяснялись отношения, явно! И хождение за ручку «с другой девчонкой» было прощено. Повеса же, что с него взять! Зато дрова он пилит не с ней, а со мной — так, мне кажется, думала Зина.
А вот Юрий Юдин резкое отрицал подобную постановку вопроса, он и слышать не хотел о камбэке Дорошенко и Колмогоровой:
