— Если я услышу, что она скажет что-нибудь, кроме хорошего, о ваших отношениях… — он делает паузу, на мгновение переводя взгляд на Лили, прежде чем снова перевести его на меня, — мне придется наброситься на тебя с кулаками, Картер.
— Совершенно понятно. Просто мы с Лили даже не в серьезных отношениях. Я так думаю. Технически я объявил ее своей, потому что она такая. Я никому не позволю прикасаться к ней, но это потому, что я хочу защитить ее от еще большей тьмы.
— Теперь, когда мы разобрались с этим, мы празднуем наш день рождения в «Brites».
—
— Это бар. Любой может прийти.
— Ты знаешь, что чем больше людей придет, тем больше вам придется платить, верно?
— Я не плачу за напитки для всех, — Аарон пару раз хлопает меня по плечу. — Я не могу себе этого позволить, в отличии от этого парня.
— Извини, я заплачу за свою выпивку, и выпивку твоей сестры.
— Чудаки, — он начинает уходить.
Я сказал ему, что заплачу за все напитки, если это означает, что мне не придется делать ему подарок. Бог знает, что мне купить парню, у которого уже все есть.
— Я тоже люблю тебя, братан. — Аарон сбивает меня с толку. Повернувшись к Лили, я вижу, как она смеется, приглушая смех, прижавшись лицом к моей груди.
— Эй, ты не имеешь права судить нас.
— Я не сужу, но может, тебе стоит встречаться с моим братом? Похоже, он сильно завидовал тому, что мы «вместе».
— Что ты имеешь в виду? — Она вырывается из объятий, поднимая брови, словно я не понимаю, что это конец света. — Мы с Аароном в отношениях уже много лет. Мы практически женаты.
— Представляю. — Лили берет у меня блокнот и сует в сумочку. — Ты действительно думаешь, что должен встретиться с моей мамой?
Когда я сказал, что мне пора встретиться с матерью Лили, я сказал это только для того, чтобы Аарону было понятнее мое намерение. Думаю, встреча с родителями — это большое дело.
Впрочем, Лили и раньше встречалась с моими родителями.
Она знает моего отца, потому что он тренер по хоккею в нашем колледже. А моя мать оказалась дома, когда я взял ее с собой, чтобы увидеть Эйру.
Я не планировал, чтобы мои родители познакомились с ней.
— Я твой личный шофер, Лилибаг. Ты сказала, что хочешь навестить родителей завтра, так что мы сделаем это вместе, — говорю я. — Следовательно, я встречусь с твоей мамой.
— Разве это не странно? Я имею в виду, что встреча с моей мамой — это большое дело.
— Нет ничего странного в том, чтобы выставлять меня напоказ.
Лили начинает смеяться, ударяя кулаком по моей руке.
ГЛАВА 18
Колин
— Лилибаг, ты не можешь так писать, — говорю я, перебивая Лили, пока она читает для меня свое письмо к Уинтер.
Мы в пути уже двадцать минут, а Лили все еще думает, что написать. Я имею в виду, из того, что я видел, Уинтер заботится о себе больше, чем о ком-либо вокруг нее. Очень жаль, что Лили не знает, что сказать своей так называемой лучшей подруге.
Хотя я не могу ее винить.
— Я не знаю, что ей сказать. Все, что я могу, это сказать ей, какой дерьмовой подругой она может быть.
— Она была твоей лучшей подругой в течение многих лет, должно быть что-то хорошее во времени, которое ты провела с ней. — Я останавливаюсь на красный свет, наконец-то имея возможность как следует рассмотреть свою Лилибаг, пусть даже всего на мгновение.
Лили отрицательно качает головой.
— Всякий раз, когда Уинтер пытается выслушать мои жалобы, она в конечном итоге принижает меня. Ты знаешь тех людей, которые говорят: «Ну, мой хомяк умер сегодня утром», когда ты говоришь им, что умер кто-то из твоих близких?
— Не так, как в этом примере но да.
— Уинтер — одна из них, — Лили вздыхает. — Она говорит мне перестать ныть о депрессии, потому что я «плачу без причины». Она говорит мне перестать ныть о том, как ужасно я себя чувствую, потому что есть люди, которым еще хуже.