- Ага, хотел только мозги мне подправить! - перебила я, не собираясь оправдывать дипломата.
- Именно, и ты не знаешь почему. - Бэрс стоял на своем. - Надо во всем разобраться. Знаешь, на должность судьи выбирают людей несклонных к криминалу. Хотя, конечно, никто от этого не застрахован. И все же. Справедливо будет выслушать его мотивации.
- Ты каждому пытаешься найти оправдание! - не сдавалась я.
Детектив встал из-за стола и начал складывать грязную посуду в раковину. И обернувшись ко мне, серьезно заметил:
- А ты не думала, что в любом человеке есть и положительная и отрицательная сторона? Главное, какую он сам выбирает. Но людям я, все-таки, стараюсь доверять. Или хотя бы даю возможность защищаться. – справедливо аргументировал он.
Я перестала спорить. Наверное, в его словах есть доля истины. Ведь он поверил в мою невиновность, иначе я сейчас уже предстала бы перед судом, а не искала вместе с ним настоящего преступника.
Но вот по отношению к послу была настроена воинственно. Поэтому, как только мы покончили с нашим завтраком, я бросилась оттачивать магические приемы. Для удобства занятий и дабы ничего не поломать в доме у Вики, мы вышли в сад.
Защитную магию я освоила довольно быстро, тем более, что мой учитель собственноручно ставил меня в нужную позицию и, горячо дыша мне в шею, объяснял нужные маг формулы. Ради моей безопасности, когда я выполняла щитовые парадоксы, Марун бросал в мою сторону яблоки, опавшие с деревьев, вместо огненных сфер. Яблоки отлетали от невидимой преграды в разные стороны так, что Марун только успевал уворачиваться, хотя это не всегда получалось. Пару - тройку раз я, все-таки, съездила ему по голове.
- Прости, - подбежала я к детективу и потерла рукой его ушиб, когда очередное яблоко, брошенное им, отрекошетило ему в лоб.
- У тебя лечебные ручки, - тихо проговорил он так, что только я могла услышать его. В его взгляде проскользнула такая нежность, что я, смутившись, вытащила пятерню из-под его ладони. - А теперь займемся атаками, - объявил он громко, наверное, чтобы Вика, следившая за нашими занятиями, ничего не заподозрила.
И я снова подверглась «сладкой пытке», когда Марун помогал мне принять правильную позу для нападения. От его близости у меня переставала варить голова, и все внутри замирало.
Когда я, покончив с щитовыми чарами, должна была приступить к работе с нападением, всерьез забеспокоилась. Ведь я-то должна была кидать в моего «противника» отнюдь не яблоки, а «ножи», огонь и молнии. Но моя тревога за целостность конечностей детектива оказалась напрасной. Он ловко отражал или нейтрализовывал все мои атаки.
Вика, сидя на крыльце дома, как болельщик на стадионе, время от времени выкрикивала что-нибудь, подбадривающее то мне, то Бэрсу. Нашу магическую дуэль прервал мой зазвонивший телефон.
Давно ожидая звонка от Горина, я разочарованно увидела имя абонента, который сейчас пытался со мной связаться. Включив громкую связь, в трубке раздалось:
- Привет, Ларочка, - встревоженно поздоровалась Маринка, - я надеюсь, ты скоро выйдешь с больничного? А то здесь такое происходит!
- Что-то случилось? - я постаралась придать голосу беззаботности.
- Шеф рвал и метал, когда узнал от Горина, что ты заболела прямо перед сдачей статьи. Поэтому был вынужден принять статью у Никиты, хотя очень долго сомневался, стоит ли ее печатать. Если честно, я от Горина такого не ожидала! Ты читала, что он написал? В общем, после выхода из печати номера с интервью, никто из журналистов не удивился, что Маффин пропал.
- Что значит, пропал? - насторожилась я, - может заболел?
- Нет. На звонки не отвечает. К нему Петечка из технического отдела ездил домой. Там никто не открывает, - тараторила секретарша. А мое разыгравшееся воображение уже рисовало жуткие картины убийства журналиста.
- Как давно он пропал?! – уже не скрывая тревоги, перебила я ее.
- Да уж 4 дня. Может он как-то связывался с тобой?
- Нет, - с сожалением констатировала я. Страх за жизнь Горина затмил все мои мысли
- Если что-нибудь узнаешь, звони! - бросила Маринка и отключилась.
У меня защемило под ложечкой. Я поняла, что напрямую связана с исчезновением Горина.
Получается, что я втянула его в эту «игру в кошки-мышки» с преступником. Только Никита - случайная фигура, разменная монета для злодея. Да и я не лучше самого преступника - использовала невинного человека для достижения своих целей!
Возможно, прочитав на моем лице, как я занимаюсь самобичеванием, Марун подошел ко мне, взял за плечи и, глядя мне в глаза, в которых стояли слезы, произнес:
- Я уверен, он жив. Нашему убийце он - не помеха. Если его украли, то должны потребовать выкуп. Либо выманивают тебя. Но при любом раскладе, мертвый он бесполезен. - детектив глубоко вздохнул и добавил. - А значит, мы его спасем!
Последнюю фразу Бэрс произнес так уверенно, что я, сморгнув слезы, кивнула, соглашаясь с ним.
Успокоившись, я перезвонила секретарше и выяснила адрес Горина. Вика согласилась отвезти нас в город.
