Я уже начинала злиться. Получалось, что он ни в грош не ставил мои утверждения, хотя мне не составило бы труда доказать их. Я же должна была верить россказням человека, проникшего ко мне в квартиру и тыкающего в меня оружием. Я уже начинала подумывать, а не позвонить ли в настоящую полицию? Но что-то в глубине души меня останавливало. Это было похоже на то необъяснимое ощущение чего-то очень важного, как мои еженощные сновидения. Ведь после аварии я про себя почти ничего не знала, а тут какие-то странные чужаки пытаются меня грохнуть или повесить на меня убийство. И главное, они явно знают больше, чем я. Такой информационный перевес — не в мою пользу — меня не устраивал.
— А почему вы, вообще, решили, что я, как там? Солари? — наконец я расставлю все точки над «и» и узнаю, почему меня принимают за другого человека. Я не стала дожидаться, пока дознаватель опять начнет грузить меня непонятными словами.
Но он ничего не ответил, а бросил мне через стол красные корочки какого-то удостоверения. Я открыла документ и глаза мои чуть из орбит не выпали. С фотографии на меня смотрело мое собственное лицо. Ниже было имя: Солари Грихель. Должность: младший помощник архивариуса. Дата рождения: 5 день месяца хлада, год: 4548 после б. м. Вместо подписи был опечаток пальца, видимо, большого.
— Можем сверить, — хищно щурясь, предложил дознаватель, уловив направление моих мыслей. И, кроме шуток, вытащил из своего рюкзака принадлежности для дактилоскопии.
Мне и самой стало интересно, совпадет или нет? Но после тщательного осмотра двух отпечатков моего и в документе, сомнений не осталось. Детектив был прав. Я все еще сидела с вытаращенными глазами, а Вика, молчавшая все время, спросила странного гостя, почему это он обвиняет в преступлении меня, ее подругу, которая и мухи — то не обидит, а тут ножевое, жестокое убийство!
— Тем более, — заявила она уже со знанием дела, — нужны силенки, чтобы справиться с мужиком. Вы на нее-то посмотрите, — и подруга кивнула в мою сторону, — она же чахло-дохлая!
Я должна была бы обидеться на такое определение, но знала Вика меня защищает.
— Для того, чтобы нанести удар ножом, сила не обязательна, — разочаровал подругу мой обвинитель, — достаточно произнести нужный парадокс.
— Что это? — удивилась Вика, а я замерла, ожидая объяснения так часто в последние часы употребляемому слову.
Парень закатил глаза, а потом выдохнул.
— Парадоксы — это источник энергии для магических действий, нараспев объяснил он, причмокивая апельсиновым (судя по аромату) леденцом — это знают даже дети в нашем мире.
— А в вашем — это где? — воспринимая происходящее словно приключенческий фильм, поинтересовалась Вика.
— В Логии — одном из 9-ти трехмерных миров. А мисс Грихель, — он повернулся в мою сторону, — изучала парадоксы не только в школе, но и в лучшем университете нашей столицы. Поэтому совершить преступление она смогла бы, даже особо не напрягаясь. — Он обратился уже напрямую ко мне. — Есть свидетельства, напрямую указывающие на Вас, мисс Грихель, это запись с внутреннего Читающего ока, ну или видеокамеры, как вы здесь называете. На ней ясно видно, как вы заходите в архив ключей. Это было как раз в то время, когда был убит г-н Трикса. Он дежурил в этот день. — закончил детектив.
Все, что говорил этот следователь, мне казалось чем-то фантастичным. Однако я не могла отрицать тот факт, что эта красненькая книжечка у меня в руках, точно моя. Отпечатки пальцев нельзя подделать. Получается я, все-таки, Солари — пришелец из другого мира. Училась там… работала… и убила. А вот последнее я никак принимать не желала. Ишь — ты, запись у них есть! Записи точно можно сфальсифицировать — в этом я была уверена, о чем с ходу и высказала следователю.
— Нет, — отмел он мое предположение, — Читающее око — не техническое изобретение, а магический артефакт. И повлиять на него нельзя. Даже магией, — опередил меня детектив.
— Но как же так? Я — убийца? — у меня даже в голове не укладывалось подобное предположение. — Но ведь я ничего не помню! В уголовном праве вашего мира должны быть какие-то исключения для тех, у кого амнезия! — в отчаянии воскликнула я.
— Нашего мира, — поправил меня Бэрс, — Да, есть. Но это еще надо доказать. А пока меня интересует важный момент: как вы, младший работник архива, сумели перейти в Эгоцентриум? — он весь напрягся и подался вперед.
— Не поняла, куда я перешла? — опять я захлопала глазами.
— В этот мир. Эгоцентриум — один из 9-ти миров, связанных с планетой Земля, как и Логия. — Дознаватель уже начинал нервничать и постукивал пальцами по столу.
— Я же сказала, ничего не помню! — Мне уже казалось, этот день никогда не кончится. — Мистер Бэрс, как я могу защищаться, если даже собственное имя узнала от вас?!
Время действительно было уже далеко за полночь. Мой мозг, получивший за один вечер лошадиную дозу информации, решил до утра откинуть копыта. Вика, как-то незаметно покинувшая нас, наверное, уже дрыхла. Я прикрыла рукой зевающий рот и жалобно попросила:
