Раздался хруст пробиваемых ребер, и я понял, что все кончилось. Мы оба еще стояли, вплотную прижавшись друг к другу. А потом он начал оседать. Падал Могильщик целую вечность, а я столько же времени осознавал, что победил…
Как только Могильщик перестал дышать, его клоны повалились замертво, будто тряпичные куклы. Видно, искру жизни в них раздувал изгой.
Юлька, пошатываясь, сделала шаг вниз по ступеням, собираясь подойти к Могильщику, но потом передумала и тяжело села на крыльцо, словно у нее не осталось больше сил.
Я доковылял до нее, устроился рядом. Она тихо плакала.
— Юля…
— Я устала, Сережа… Вначале Глеб, теперь Гиль… Не могу больше… Выдохлась… Сломалась…
Она замолчала, лишь судорожно всхлипывала время от времени. Между нами, кирпичик за кирпичиком, росла непробиваемая стена.
— Бедуин!.. — К нам со всех ног неслись Потап, Мех, Лось и Кочкин.
Фиги и Толмача с ними не было.
Леша подскочил ко мне и принялся тормошить, приговаривая:
— Жив, бродяга! Нас так просто не возьмешь!
— А я ничуть не сомневался в Бедуине. — Механик остановился над трупом Могильщика. — Если кому и под силу было уделать эту вонючую тварь…
Юрун вздрогнула, словно от удара, и опустила глаза. Кажется, они вновь наполнились слезами.
— …то только Бедуину, — договорил не заметивший ее реакции наемник.
— Полегче, Мех, — посоветовал я. — О покойных либо хорошо, либо никак.
— Да? А ничего, что его дубли положили твоих товарищей? — с вызовом спросил Механик. — Фигу и Толмача, а?
Юлька при этих словах съежилась, словно вина за гибель егерей лежала и на ней. Выглядела она маленькой и беззащитной, словно брошенный котенок. Мне очень хотелось обнять ее, успокоить, но я не знал, как это делается. Никогда не умел утешать.
Потап снял с пояса флягу с разбавленным спиртом и передал мне:
— Помянем ребят.
— И Могильщика, — упрямо добавил я, сделал глоток и протянул флягу Юрун.
Та замешкалась, неуверенно глядя то на флягу, то на Механика, то на меня.
Внезапно мне в лицо брызнул спирт — снайперская пуля пробила флягу насквозь и ударила Потапа в грудь. Леша рухнул навзничь. Следом за ним лег Лось, получив свинцовый подарочек в голову.
Юрун застыла, не понимая, что происходит. Кочкин завертел головой, разыскивая стрелка. Механик попятился, пытаясь укрыться за пустой бочкой.
«Один из клонов Могильщика выжил? — мелькнула у меня растерянная мысль. — Нет… это не он… кто-то другой…»
Моя интуиция обострилась до предела. Внезапно я понял, кто он, этот стрелок, и кому предназначена следующая пуля…
Не думая и не рассуждая, я бросился вперед, сбил Кочкина с ног и закрыл его своим телом. Пуля снайпера ударила меня в бок, к счастью пройдя вскользь, едва задев кожу. Очередной смертоносный кусочек металла вонзился в доски крыльца, не задев Кочкина.
Илья попытался выбраться из-под меня, но я прошипел:
— Лежать!
— Тогда он накроет нас обоих одной пулей, — резонно возразил Кочкин. — Сначала тебя навылет, а потом и меня.
— Да. Если захочет. Но он больше не станет стрелять.
Следующего выстрела и впрямь не последовало. Снайпер передумал охотиться на Кочкина — боялся ненароком пристрелить меня. Я нужен был ему живым. Я и Юрун. Очень нужен. Поэтому он перешел к переговорам.
— Если пожить еще охота, оружие бросили и лапки в гору, — посоветовал невидимый снайпер. Усиленный мегафоном голос был мне знаком.
— Крылан! — закричал я, не вставая с Ильи. — Ты уже во второй раз портишь мне одежду. Учти, третьего раза не будет!
— Это точно, — согласился спрятавшийся в укрытии демон. — Привет, Бедуин! Я же говорил, что мы еще встретимся.
Механик тем временем успел затеряться среди пустых бочек и не подавал признаков жизни.
— Так что, мальчики и девочки? Стволы сами бросите или вам помочь? — поинтересовался Крылан.
Под помощью он явно имел в виду выстрелы по рукам — так, что мы физически не сможем держать оружие. Плохой вариант. Предпочитаю остаться без автомата, а не без рук.
— Сами. Только в парнишку больше не стреляй, — попросил я.
— Не буду, — согласился Крылан. — Пусть поживет еще… часок-другой…
Я встал с Ильи и мельком посмотрел на Потапа. Его грудь еле заметно вздымалась. Он дышал! Был без сознания, но жив! А вот Лось нет. Его застывшие остекленевшие глаза не оставляли на этот счет сомнений.
Я спустился по ступеням и положил автомат на землю — как можно дальше от Потапа, чтобы черти, когда станут забирать оружие, не приближались к Леше. Авось не заметят, что он живой.
Следом за мной разоружились Кочкин и Юрун.
— А теперь раздевайтесь, — скомандовал демон.
Мы с Кочкиным разделись до трусов. Юрун оставила еще и футболку.
— Догола, — велел ей демон.
— Перебьешься, — отрезал я. — Если приспичило, в Муторае фотки с голыми бабами закажи.
Крылан мгновение колебался, но настаивать не стал.
Как только одежда легла рядом с оружием, последовал новый приказ:
— Сделали пять шагов вперед. Упали на землю мордочками вниз. Вот так, молодцы. Теперь грабки за голову. И не дергаться.
