- Это не твои мысли, малыш! Сопротивляйся! - откуда-то издалека слышался голос Варка. Я немного пришел в себя. Это не мои мысли? Тогда чьи? Прислушавшись к себе, я ужаснулся. Это были боль и чувства Орлано. Наша связь звенела натянутой струной. Видимо, он сейчас не совсем контролировал себя, и эхо его эмоций добралось до меня. Но если я испытываю всего лишь отголоски душивших Орлано переживаний, то было страшно представить, насколько сильно на самом деле страдал сейчас мой бог. Как вообще возможно выдержать такое и не сойти с ума? Как мне помочь, как отогнать тучи от моего дорогого солнца? Смогу ли я достучаться до Орлано сейчас? Потянуть дрожащую от напряжения нить, почувствовать нашу связь и пустить по ней свой призыв.
- Орлано! Услышь меня, мой бог, прошу! - кричал я, срывая горло, изо всех сил, вслух и мысленно, не важно. Туда, в непредставимую даль, прорваться в закрытый мир, достучаться до мятежной, страждущей души. Еще и еще, до темноты в глазах, до хрипа, до потери сознания. Не сдаваться, пробовать снова и снова - это все, что мне оставалось.
- Дар? - вихрь эмоций постепенно рассеивался. Орлано вновь контролировал себя, отсекая от меня свои переживания. - Прости, малыш. Я давно привык быть один на один со своей виной. До сих пор не верится, что теперь у меня есть ты. Дар, ты так нужен мне…
Черт, я начинаю терять связь с Орлано. Каждый раз это, как будто у тебя наживую выдирают кусок мяса. Так больно разрывать контакт, так страшно опять терять Его. Нужно собраться, я и так напугал всех вокруг своими криками. Выровнять дыхание и открыть опухшие глаза.
Я лежал прямо на земле, головой на коленях Максима. Варк склонился к моему лицу и тревожно вглядывался в глаза.
- Ты напугал нас, маленький, - ласковые руки гладят меня по волосам. Мне так необходима их нежность и забота. Я повернулся и благодарно прижался к ним щекой. Слава мирозданью, что они есть в моей жизни.
- Дар, милый, потерпи еще немного. Всего, примерно, десять дней, и ты соединишься с
- А вы? Что будет с вами? Вы будете счастливы? - тихо спросил я.
- Это уже не важно. С некоторых пор не важно, милый.
Они действительно так думали, я знал это совершенно точно. Как они могут так думать? Никто из нас до конца не уверен, что произойдет со мной после воссоединения с моим богом. Останется ли что-то от меня прежнего, от моей личности, от моего тела. Но они были готовы даже к такому исходу, спокойно принимая судьбу. Меня пугала такая обреченность. Они собирались тихо уйти в небытие. Это ужасно, только не они. Я буду стараться, как никогда, остаться самим собой и не потерять их. Орлано - мое солнце, но без Варка и Макса я не мог уже представить свое существование. И если прямо сейчас поддаться безнадежности и опустить руки, значит предать Древних, ведь они готовы идти со мной до конца. Если у меня не будет надежды, то каково будет им? Если я не выдержу всего до финала, значит, я не стою даже их мизинца. Ради них стоит жить, значит, я все смогу преодолеть и остаться собой. Решение было принято, и впервые я делал это настолько осознано. Пора взрослеть и начинать думать о других. Я успокоился окончательно.
- Варк, покатай меня на волке, - неожиданный вопрос и резкая смена настроения ошарашили всех. Я преданно посмотрел в глаза Варку, хлопая ресницами. Это был запрещенный прием, и я знал, что он не сможет мне отказать. Лорд почему-то не любил менять форму на волчью.
- Так и скажи, что не хочешь идти ногами, маленький лентяй, - хмыкнув, проворчал Варк.
- А то! Еще какой! Кроме того, ашус тоже в тайне мечтает объездить тебя, - я показал язык Максу.
Тот непонятно смутился и промолчал. Ох, что-то темнят эти двое. Между ними что-то происходит, и я еще выясню, что именно.
- Давай, Дар, не стесняйся, - услышал я голос в голове и, повернувшись, столкнулся нос к носу с черным волком.
- И не подумаю. Не на того напал! Максим, подсади-ка меня, - попросил я.
Волк был огромен, и Максиму пришлось забраться самому на его спину, а потом подтянуть меня. Зато сидеть на мягком, густом волчьем меху было комфортно и приятно. Кожу щекотали черные как ночь ворсинки, хотелось зарыться в них руками, утонуть, уткнуться носом. Я любил своего волка, его гордую осанку, обманную неторопливость движений и хищную поступь, а еще большие темные глаза, бездонные и внимательные.
Волк неторопливо шел по тропинке, окруженной стеной зарослей. На его спине держались два седока - худенький парнишка и молодой сильный мужчина. Все трое были такими разными, но сейчас это было не важно, потому что мы любили друг друга, а это стирает отличия.
