Выходить из воды не хотелось, но все же пришлось. Я высушил волосы и устроился валяться на пляже. Варк принес расческу и теперь медленно расчесывал мои длинные пряди, устроившись сзади. Макс развалился рядом. От нечего делать я стал наблюдать за Каэлем. Тот сначала медленно ходил вдоль берега, но вымыться-то хотелось. Поэтому эний все же решился залезть в воду. Рубашку он так и не пристроил к своим крыльям, поэтому просто снял брюки и шагнул в реку, преисполненный достоинства. Как будто не мыться шел, а на прием к императору. Пока он плескался, шутник Макс спрятал одежду Каэля, и прилег рядом, как ни в чем не бывало. Эний промыл волосы, крылья, все тело и уже выходил из воды, когда заметил, что одежда-то тю-тю, исчезла. Мы сидели в сторонке и делали вид, что не замечаем его затруднений, а усиленно занимаемся моей прической. Остановившись напротив нас по пояс в воде, Каэль медленно спросил:
- Вы не видели мою одежду?
- За своими вещами следить надо. А то, знаешь, ходят тут всякие… - эний не понял шутки и начал оглядываться в поисках этих самых "всяких". Но кроме наших довольных персон вокруг никого, естественно, не было.
- Птичка, а ты что, стесняешься нас? Хотя там нечего скрывать, в прямом смысле слова, - Макс, язва, потешался над возмущенным энием и многозначительно переглядывался с волком.
- Ты о чем? - спросил я.
- Понимаешь, любовь моя, - решил просветить меня Варк, - энии завидуют и очень хотят быть похожими на ангелов, с которыми их так часто путают по незнанию. А так как ангелы бесполые, энии тоже стремятся подражать им и в этом. Некоторые из них сознательно, а некоторые принудительно скрывают свои гениталии и атрофируют центр физического удовольствия. Собственно, у большинства эниев особо не спрашивают, а изменяют их еще в юности. Лишают, так сказать, достоинства. Дикая раса, дикие нравы!
-Ты серьезно? - сделав большие глаза, уточнил я.
- Да, можешь сам убедиться. Если, конечно, Каэль крылышками не прикроется.
- Да что вы себе позволяете! Да, меня не волнует физическое влечение, но я хотя бы не подстилка у двух Древних, которую они имеют во все дырки, когда захочется, - Эний вылетел из воды, действительно прикрывши свое хозяйство или его отсутствие краем крыльев.
Мои глаза недобро сузились и я прошипел:
- Так ты считаешь меня безотказной подстилкой, а себя белым и пушистым верхом добродетели? - я остановил властным жестом вскочивших мужчин. Каэль считает себя непогрешимым высшим существом, которому не интересны плотские утехи? Ну-ну. Святая невинность, говоришь?
Сейчас посмотрим, подвластны ли мне стихии даже в этом сумасшедшем мире. Из земли взвились колючие отростки. Обмотав вырывающегося эния, они прижали его к земле. Любое движение причиняло ему боль из-за впивающихся шипов. Каэль оказался распластанным на спине с разведенными в стороны руками и ногами. Возможно, это было слишком жестоко, но меня охватила слепая ярость. Я медленно подошел и остановился, возвышаясь над ним. Было странно и жутко видеть абсолютно гладкую, как у куклы промежность, без намека на половые органы и отверстия.
- Все твои беды от несдержанного языка и завышенного самомнения, Каэль.
Нужно просканировать его тело еще раз, уже с учетом полученных знаний о модных тенденциях эний, копирующих ангелов. Привычно нырнув в тонкий мир, я внимательно осмотрел внутренности крылатого, особенно район паха, и был удивлен еще больше. Действительно, центр удовольствий был, как бы пережат. Я убрал лишние волокна, восстанавливая атрофированный центр. Половые органы тоже имелись. Они были вжаты вовнутрь и закрыты плотными складками кожи. Складки создавали видимость бесполости эния. Под ними скрывался канал, ведущий к чувствительному центру. Да, над Каэлем поработал врач, искажая физиологию до абсурда. Мне даже стало жаль парня, перенесшего вмешательство в свое тело еще в раннем возрасте. Понятно, почему он такой нервный. Небось, девственник еще, в свои-то тысячи лет… Я полностью восстановил все утраченные функции половой системы эния. Напоследок, дал маленький импульс в центр удовольствий.
Возвращаясь к нормальному восприятию, я осмотрел Каэля еще раз, но уже обычным взглядом. Первое, что бросилось в глаза, это расширенные зрачки эния и закушенная до крови губа. Частое дыхание приподнимало грудь. Крылатый был хорошо сложен. Изящное строение тела было почти воздушным. Я опустил взгляд ниже, к паху. Теперь там все изменилось до неузнаваемости. Целясь в безумное небо, торчал аккуратный розовый член. Между разведенных ног виднелась безволосая мошонка и дырочка прохода вовнутрь.
